Мой-милый-Чарли заговорил прежде, чем она собралась с мыслями.

– Он это сделал. Ты С’джоан?

– С’джоан ли я? – спросила девочка толпу изуродованных, странных людей, собравшихся в туннеле. – Вы считаете меня С’джоан?

– Нет, нет! Ты обещанная госпожа… ты мост-к-человеку! – воскликнула высокая старуха с желтыми волосами, которой Элейн прежде не видела. Женщина рухнула на колени перед девочкой и попыталась схватить ее за руку. С’джоан спокойно, но твердо убрала руки, и женщина зарыдала, уткнувшись лицом в подол ее платья.

– Я Джоан, – сказала девочка, – и я больше не собака. Вы теперь люди – и если умрете вместе со мной, то умрете людьми. Разве это не лучше, чем было раньше? А ты, Рути, – обратилась она к женщине у ее ног, – поднимись и перестань плакать. Радуйся. В эти дни я буду с вами. Я знаю, Рути, что всех твоих детей забрали и убили, и сожалею об этом. Я не могу вернуть их к жизни. Но я дарю тебе женское естество. Я даже сделала человека из Элейн.

– Кто ты? – спросил Мой-милый-Чарли. – Кто ты?

– Я маленькая девочка, которую ты час назад отправил умереть или выжить. Но теперь я Джоан, не С’джоан, и я принесла вам оружие. Вы женщины. Вы мужчины. Вы люди. Вы можете воспользоваться этим оружием.

– Какое оружие? – донесся из третьего ряда собравшихся голос Кроули.

– Жизнь и жизнь-вместе, – ответила девочка Джоан.

– Не будь дурой, – сказала Кроули. – Какое оружие? Хватит с нас слов. Нас пичкают словами и смертью с тех самых пор, как возник мир недолюдей. Вот что дали нам люди – добрые слова, правильные принципы и хладнокровное убийство, год за годом, поколение за поколением. Не говори мне, что я человек. Это не так. Я бизон – и мне это известно. Животное, подправленное, чтобы выглядеть человеком. Дай мне то, чем можно убивать. Дай мне умереть, сражаясь.

Маленькая Джоан смотрелась нелепо в своем юном, невысоком теле, на ней по-прежнему была короткая голубая туника, в которой ее впервые увидела Элейн. Девочка повелевала толпой. Она подняла руку – и гул тихих голосов, поднявшийся, пока кричала Кроули, снова стих.

– Кроули, – произнесла Джоан голосом, разнесшимся по всему коридору, – теперь с тобой пребудет вечный мир.

Кроули нахмурилась. Ей хватило приличия сделать озадаченный вид, но она промолчала.

– Не говорите со мной, милые люди, – сказала маленькая Джоан. – Сначала привыкните ко мне. Я принесу вам жизнь-вместе. Это больше любви. Любовь – жестокое, грустное, грязное слово, слово холодное и старое. Оно слишком много говорит и слишком мало обещает. Я принесу вам нечто большее, чем любовь. Если вы живете, вы живете. Если вы живете-вместе, вы знаете, что рядом другая жизнь – вы оба, каждый из вас, вы все. Ничего не делайте. Не хватайте, не стискивайте, не владейте. Просто будьте. Вот оружие. Против него бессильны огонь, и пуля, и яд.