Они сели на скамейку в тени дерева. По счастью, матушка мистера Тэннера сменила гоблинский облик на что-то чуть менее броское. Впрочем, когда они проходили мимо стройки, вслед ей все равно раздался свист. Пол предположил, что она делает это лишь бы позлить Софи. Причем весьма успешно.

— На самом деле, — продолжала матушка мистера Тэннера, — все гораздо хуже, потому что в этой треклятой двери две замочные скважины, а значит, и ключа должно быть два, и следовательно, искать их будет труднее вдвойне. И зная Хамфри, — уныло шмыгнула носом она, — это будут не две простые латунные загогулины. Нет, там будет какое-то испытание, которое придется пройти прежде, чем они тебя послушаются. Наш Хамфри без ума от таких штучек. Помню, как у нас впервые поставили автомат с горячими напитками, а он наложил на него заклятие, чтобы кофе с молоком и двумя кусочками сахара он варил только чистым душой. Я ему сказала, да чтобы найти тут кого-нибудь чистого душой, нужно...

— Минутку, — прервал ее Пол. — Ты сказала испытание.

— Вот именно. А еще однажды он так настроил факс, что только седьмой сын седьмого сына мог поменять в нем картридж. По счастью, Рики Червеубивец действительно седьмой сын, но не может же он вечно торчать в конторе, его вечно гонят на какое-нибудь задание, а это так чертовски неудобно...

— Испытание, — повторил Пол. — Как в сказке. — Да. И...

— Или в легендах. Про короля Артура и так далее...

— Да, он любит такую ерунду. Просто большой ребенок, я вам скажу. Гадкий, злобный ребенок, но...

— Король Артур! — Глаза у Софи стали, как два блюдца. — Меч в камне!

Разумеется, Пол никогда раньше не бывал у Софи. Дом у нее оказался более или менее такой, каким он его себе представлял: крыльцо с двойным остеклением, подвязки на шторах, кофейные столики со стеклянными крышками, сосновая кухонная мебель. Родители Софи не были такими уж устаревшими музейными экспонатами, какими выставила их дочка. Если честно, они Полу даже понравились, особенно то, что ни отец, ни мать не сильно огорчились, когда она представила своих спутников ("Это, м-м-м, Рози, мать одного из партнеров в фирме; да, а это Пол, мы влюблены друг в друга"), пробегая мимо них к задней двери.

На мощенном серыми плитами заднем дворике стоял меч в камне, точная копия того, который Пол уже привык обходить всякий раз, когда хотел приготовить себе чашку чая. Ни дождь, ни ветер, ни трясогузки не лишили блеска клинка или сияния рукояти, к которой миссис Петтингел привязала один конец бельевой веревки.

— Но мы все равно не слишком продвинулись, — заметила Софи. — Я десяток раз пыталась, и папа тоже, все равно никто не может вытащить эту дурацкую штуковину из камня.