Они преодолели еще одну стену из заостренных сверху толстых бревен. Леки услыхал привычный шум, здесь стояли стражники, солдаты или треи, все равно кто, тут окопалось Королевское войско. То есть войско Истармы.

– Эй, Лидд! – кричал уже главарь охотников. – Чего? Не признал, что ли? Зови старшего кандара скорей. Мы тут ценный подарочек привезли! Да чего стоишь, как дурак? За кандаром беги, сказал!

Постепенно вокруг стало людно. Леки видел удивленные лица, склонявшиеся над ними. «И что, правда колдуны?» «Нешто колдун!..» – неслось отовсюду. Леки прямо нутром чуял их мрачный интерес к своей особе.

– Р-разойтись! – рявкнуло над ухом.

Все лица вокруг исчезли, осталось одно. Квадратное, как отцовские короба для грибов, и столь же огромное. Кандар некоторое время, щурясь, разглядывал пленников. Потом пробормотал:

– Уж больно хлипкие… аж не верится. – Вновь возвысил голос, как человек, привыкший приказывать: – Тащите-ка их в караульню, там и свет есть, я их получше обсмотрю. Прикину, что и как.

Леки рывком сдернули с телеги, подняли на ноги. Голова снова полыхнула болью, как огнем, и он невольно вскрикнул. Вокруг захохотали. Поволокли, держа с двух сторон. Сзади послышалось то ли шипенье, то ли свист сквозь зубы. «Триго», – догадался Леки. Верно, ему таки больше досталось.

Их протащили через какую-то комнатку, потом еще через одну. Длинный домик, срубленный недавно. Свежий запах дерева и смолы еще не в силах были забить ни пот, ни металл, ни курево с арахшем пополам, ни вонь несвежих тел. Солдаты, видать, тут только начали обживаться.

Их втащили в совсем крошечную каморку, бросили на пол. Кандар, что, наверное, тут на первое время и пристроился, присел на лавку, разглядывая пойманных незнакомцев при свете коптящей светильни. Сзади, у дверей, топтались Прату и треснутый.

– Х-м… – с сомнением вздохнул кандар. Крикнул: – Вигри!

Дверь скрипнула, но Леки не стал крутить головой.

– Писца мне позови!

Вскоре дверь опять скрипнула.

– Давай-ка свитки бери, где описанье колдунов значится. Счас мне еще раз читать будешь, только медленно.

Писец засуетился где-то сзади, скрипнула дверка, и неказистый человечек в обычном солдатском платье подсел к кандару. Начал читать в четверть голоса. Леки прислушался, но уловить удавалось немногие слова. Он успокоился. Чего теперь?

Старший кандар то и дело посматривал на них, словно сверяясь с описанием. То кивал, то недоверчиво покачивал головой.

– Посадите-ка их на лавку, чего валяются… Мне несподручно так… – бормотнул кандар, и Леки тотчас же ухватили под мышками и подсадили спеленатое веревками тело на лавку. Потом Триго, и ниори вновь зашипел, не сдержавшись.