– А башмаки кто делать будет? Я?

– Конечно, но все будет принадлежать народу.

– А кто будет платить? – не унимался господин Робки.

– Все будут платить разумную цену. А тебя перестанут мучить угрызения совести из-за того, что ты наживаешься за счет пота и крови пролетариата, – коротко объяснил Редж. – Ну а теперь…

– Это ты про коров, что ли? – уточнил Робки.

– А?

– У нас только коровы да парни в сыромятне… Честно говоря, они просто торчат на лугу весь день, не парни из сыромятни, конечно, но…

– Послушай, – перебил его Редж. – Все будет принадлежать народу, и все сразу заживут куда лучше. Ты понял?

Морщины на лбу башмачника стали еще глубже. Ему явно недоставало уверенности, что он является частью народа.

– Я думал, мы просто не хотим, чтобы на нашу улицу заявились солдаты, всякие погромщики и прочие смутьяны, – пробормотал он.

На лице Реджа проступило затравленное выражение. Он решил поскорее вернуться на проверенную почву.

– Ладно, по крайней мере, со Свободой, Равенством и Братством все согласны.

Присутствующие дружно закивали. Эти три вещи всегда пригодятся. Тем более они ничегошеньки не стоят.

В темноте вспыхнула спичка. Все обернулись и увидели раскуривающего сигару Ваймса.

– Вот скажи, товарищ сержант, тебе бы хотелось Свободы, Равенства, Братства? – воодушевленно вопросил Редж.

– Мне бы сейчас куда больше хотелось яйца вкрутую, – ответил Ваймс, погасив спичку.

Некоторые натянуто засмеялись, а Редж оскорбился.

– В сложившихся обстоятельствах, сержант, мы, как мне кажется, могли бы выше поднять планку требований…

– Конечно могли бы, – согласился Ваймс, спускаясь по ступеням. Он бросил взгляд на лежащие перед Реджем листы бумаги. А этому парню не все равно. Действительно не все равно. И настроен он серьезно. Действительно серьезно. – Послушай, Редж, завтра обязательно взойдет солнце, и, что бы ни случилось, Свободу мы вряд ли обретем. В этом я практически уверен. Никакое Равенство нам тоже не светит, да и брататься друг с другом никто не станет. Но вполне возможно, я получу яйцо вкрутую. Редж, что здесь вообще происходит?

– Народная Республика Улицы Паточной Шахты! – с гордостью объявил Редж. – Мы формируем правительство!