Шнобби и глазом не моргнул. Капитан наклонился к уху майора.

– Это только по правилам математики, Клайв, – сказал он. – А в грамматике это означает категорическое…

– Рассказывай нам о Киле! – заорал майор.

– Послушай, майор, – раздался голос, – почему бы тебе не поручить это настоящим специалистам?

Майор поднял голову. В палатку вошел Карцер со своими людьми. На лице сержанта играла прежняя безумная ухмылка.

– Пленного захватили, да? – спросил он, подходя ближе и разглядывая Шнобби. – О, похоже, это главарь. Много он вам рассказал? Вряд ли. Нужно обладать особыми навыками, чтобы вытрясти что-нибудь полезное из таких шельмецов, ха-ха.

Он сунул руку в карман. Когда же он ее достал, на его пальцах блестел бронзовый кастет.

– Ну, приятель, – продолжал Карцер, не обращая внимания на отпрянувших в ужасе военных, – ты ведь знаешь, кто я такой, верно? Я из Особого отдела. И я вижу перед собой двух сорванцов. Один из них – сообразительный малый, который собирается помочь властям в их нелегком деле, а второй – наглый шельмец, пытающийся умничать. У одного из них есть будущее и все зубы. Но что мы все о тебе? Давай немножко обо мне. Так вот, у меня есть странная особенность, вернее, привычка: я никогда не задаю вопрос дважды. Итак… ты ведь никакой не преступник, правда?

Шнобби, не спуская вытаращенных глаз с кастета, яростно закивал.

– Просто крутишься, как можешь, чтобы не сдохнуть?

Шнобби опять кивнул.

– На самом деле ты, наверное, был приличным малым, ну, до того как связался с мятежниками. Пел гимны и все такое прочее.

Шнобби еще раз кивнул.

– Этот человек, который называет себя сержантом Килем, – главарь бунтарей, верно?

Чуть помедлив, Шнобби поднял руку.

– Гм… Все делают то, что он скажет. Это одно и то же?

– Да. А как у него с харизмой?

Шнобби по-прежнему не спускал глаз с бронзового кастета.

– Э-э… Понятия не имею. Вроде особо не харкает.