И этот строй, этот порядок передался Цепи. Золотистые вихри, готовые сорваться с бортов «Молота Хуммера», заколыхались в такт полотнищам плаща. Заколыхались – и поползли вниз, к воде. А за ними из трюма подымались все новые и новые звенья, и им не было конца…

5

5

Все это видели на вершине Алмазного Гвоздя. Расстояние глушило звуки, утренняя дымка притупляла нестерпимый золотой свет и разлитое над мостиком «Молота Хуммера» изумрудное сияние, но главное они видели.

Две золотые змеи ползли в стороны от «Молота Хуммера». Они достигли соседних варанских галер, зачинающих кольцо вокруг острова, проструились по их носам и поползли дальше.

– Цепь Золотая положена здесь: Калладир – есть, остального – нет, – неожиданно сказала Киммерин, и Герфегест наконец понял все.

Хуммеров пасынок знал, что делал. Он знал еще до того, как Горхла прибыл к нему с приглашением в Алустрал. Он знал, что ему придется брать Дагаат, и он не собирался устраивать многодневной осады. Шет хотел решить все одним молниеносным ударом. Решить раз и навсегда.

«Молот Хуммера» – это ни с чем не сообразное чудовище, неповоротливое, как гора, которому не было никакого оправдания, строилось лишь затем, чтобы навестить старый порт Калладир. Шет приплыл в Калладир, снял Золотую Цепь (как? – не все ли равно?), и теперь в его руках – ключ к неприступным стенам Стагевда. Потому что они сделаны из Густой Воды. Потому что шесть веков назад Лишенный Значений положил старому порту Калладир Золотую Цепь именно для того, чтобы она жрала алчную Густую Воду. И вот почему варанский флот появился с востока, а не с юга, как он, Герфегест, ожидал!

Золотая Цепь уже покрыла около четверти окружности. Судя по дикой скорости ее перемещения, она сомкнется вокруг Дагаата быстрее, чем он успеет не торопясь сосчитать до десяти.

– Командуй всем к бою, – как можно спокойней бросил Герфегест ничего не понимающему Артагевду.

– Но стена Стагевда… – начал он.

– Нету больше стены твоего Стагевда! – проорал ему в лицо Хозяин Гамелинов. – Нет ни Стагевда, ни стены!!!

– Не надо кричать, – Торвент уморительно скривился, зажимая правое ухо ладонью. – Стена Стагевда все-таки еще стоит, и, значит, не все потеряно. Ведь в наших руках – великая сила, господа Гамели-ны. В наших руках – Хрусталь Стагевда.

6

6

Золотая Цепь замкнулась. Теперь стена Стагевда была окольцована полностью. И теперь цепь не была больше призрачным золотым сиянием. Каждое звено приобрело вес, форму и свой неповторимый тусклый блеск.

Цепь прошла через массивные кольца на носах семидесяти варанских галер. Эти кольца тоже были плодом великой и гениальной прозорливости Сиятельного князя.