– А что национальность?

– Ну как, что? Ладно, сейчас тут люди нормальные у власти, на религию не давят. А вдруг придут какие-нибудь "Серые волки", начнут вводить законы шариата? Тут, в Турции, такие фанатики есть, что только держись! С ними расслабляться не следует. Враз меня, юдея, к стенке поставят. – Яша прищурился и внимательно посмотрел на девушку. – Слушай, Лека, а ты, случаем, не еврейка?

– Да нет вообще-то, – Лека засмеялась. – А что, похожа?

– Подумаешь, не похожа! Я вот тоже не похож.

– Ты так думаешь? – Лека внимательно осмотрела кругленького носатого Зильбера. – Тогда я уж не знаю, кто похож. Может быть, Толик? – Она кивнула на белобрысого усатого Толяна, выяснявшего в углу отношения с Аллой.

– Ладно смеяться-то! – обиделся Яша. – Все вы хороши. Побывай вот в моей шкуре! Можно подумать, я из принципиальных соображений евреем родился…

Лека промолчала. Ее волновали совсем другие проблемы.

* * *

После Турции Лека и Демид продолжили свое путешествие, запутывая следы. Маршрут их был извилист и диктовался случайностью. После Румынии и Словакии они побывали в Венеции – мрачном влажном городе, где каналы меж древних дворцов пахли застоявшейся морской водой. Нигде не ощущалось присутствия врага – кажется, он потерял их след. Демид рвался в Китай – во снах своих он жил другой жизнью, где-то в средневековой Поднебесной империи. Ему казалось, что сны эти могут привести его к разгадке теперешнего состояния, дать ключ к выходу. Но Лека решительно воспротивилась – ей надоело скитаться по свету, захотелось ощутить твердую почву под ногами. Россия все еще пугала их – где-то там ждал их Табунщик, набирая силу. И они поехали в Прибалтику.

ГЛАВА 6.

ГЛАВА 6.

– Демид, ты просто клоун! Ни капли серьезности в тебе нет! Ну что ты напялил – посмотри на себя!

Демид и вправду выглядел несколько экстравагантно. На нем был длинный голубой халат, расшитый серебряными птицами и стянутый атласным кушаком шириной в две ладони. Каждую руку украшали по три перстня с неправдоподобно огромными камнями – сапфирами, топазами, хризобериллами. Голову же Демида увенчивал длинный остроконечный колпак – вероятно, бедный Дема скопировал его из клипа "Пет Шоп Бойз". В одной руке Демид держал длинный мундштук из красного дерева, в другой – записную книжку с золотыми уголками, обтянутую тисненым сафьяном.

– Это красивые вещи, моя милая, – наставительно произнес Демид. – Люди, которые их изготовили, в полной мере обладали чувством изящного. Кропотливая работа и мастерство, отточенное десятилетиями – вот о чем думаешь, когда глядишь на них. Видите ли, девушка, нельзя спешить, когда собираешься создать произведение искусства – будь то картина, роман или просто портсигар с инкрустацией. Спешка – она убивает великое.