Баррик заметил, что Броун, вставая, слегка поморщился.

Сначала Баррика это лишь удивило — и лорд комендант, и Шасо казались ему железными людьми. Но уже в следующую минуту его охватило беспокойство. А если Броун умрет? В конце концов, комендант уже не молод. Отец в плену, главный оружейник в темнице, Кендрик мертв. Эддоны могут доверять очень немногим из тех, кто в курсе всех дел Южного Предела. Баррик почувствовал себя ребенком, которого заставляют выполнять обязанности взрослого.

Броун, должно быть, прочел на лице Баррика его мысли и мрачно улыбнулся.

— Такие холодные ночи — испытание для моих старых суставов, ваше высочество, но я с этим справляюсь. Я рад, что вам придется познакомиться с подобными хворями еще очень и очень не скоро.

Бриони больше интересовал брат, чем недомогания лорда коменданта.

— Ты еще не ложился спать, Баррик? — удивилась она. Принцу не понравилось, что вопрос прозвучал при Авине Броуне. Она вела себя как старшая или даже как мать, а не сестра-близнец.

— Я читал. Вы одобряете такое занятие, ваше высочество?

Бриони чуть покраснела.

— Я просто поинтересовалась…

— Я давно хочу у вас спросить, принцесса, хорошо ли вам служит моя племянница Роза Треллинг? — задал вопрос Броун, избегая смотреть принцессе в глаза. У него был растерянный и смущенный вид, словно не он разбудил молодых людей, а его подняли с постели среди ночи. — Мы очень благодарны вам за вашу доброту к ней. Она хорошая девушка, хотя иногда бывает глуповата.

Бриони пристально смотрела на коменданта.

— Я очень рада, что она у меня служит, — ответила она. — Но я не поверю, будто вы разбудили нас после полуночи, когда уже пробил колокол, только затем, чтобы расспрашивать о фрейлине.

— Простите меня, ваше высочество, но я не могу приступить к делу, пока…

Лорд комендант замолчал и многозначительно кивнул на пажа, вернувшегося с тремя кубками вина. Мальчик опустился на колени перед камином и стал подогревать кубки, опуская в них раскаленный металлический прут. Первой вино получила Бриони. Поскольку Авин Броун не мог говорить при паже, всем пришлось молча наблюдать за его, как казалось, бесконечными хлопотами. В комнате стояла тишина, слышалось лишь потрескивание дров в камине.

Когда паж ушел, Броун подался вперед и заговорил:

— Еще раз прошу прощения, что позвал вас сюда среди ночи. Дело в том, что у меня в комнате проще избавиться от чужих ушей. Если бы я явился к вам и попросил ваших многочисленных пажей и фрейлин удалиться, завтра все только об этом и говорили бы.

— Вы думаете, никто не заметил, как мы с Барриком прошли ночью через весь замок, чтобы встретиться с вами?