— Я получил письмо от моего друга леди Хейсс Ванэйл Байлемунской. В нем говорится, что ссора произошла из-за Престимиона, — сообщил Свор. — Кое-кто считает, пишет она, что леди Тизмет слезно просила об освобождении Престимиона, утверждая, что Престимион очень дорог ее сердцу и она не потерпит такого обращения с ним. А корональ пришел от этого в такое бешенство, что пригрозил запереть и ее, только в другой части туннелей.

— Если так будет продолжаться, — усмехнулся Септах Мелайн, — то постепенно в туннели Сангамора перекочуют все обитатели Замка. — Он вопросительно взглянул на Свора. — А вы, знаток женщин, можете что-нибудь сказать по этому поводу? Я имею в виду внезапно возникшую у Тизмет привязанность к Престимиону? Я всегда был убежден, что она и на дух его не переносит.

— Там, где дело касается мужчины и женщины, нет ничего невозможного, — ответил Свор. — Я пересказал вам только то, что сообщила мне Хейсс Ванэйл.

— А она заслуживает доверия, эта ваша потаскушка? — спросил Септах Мелайн.

Свор прищурился на него снизу вверх.

— Вы очень несправедливы к ней. Она прекрасная женщина и принадлежит к одному из лучших семейств Байлемуны. Но я сообщил вам еще не все новости, так что позвольте мне продолжить. Понтифекс Конфалюм покинул Замок, чтобы возвратиться к исполнению своих обязанностей в Лабиринте.

— Все так же закрывая глаза на преступления своего сына, — добавил Септах Мелайн.

— На него наложено какое-то сильное заклятие, — мрачно сказал Гиялорис, — я имею в виду понтифекса. Иначе никак не объяснишь его поведение в эти дни. Он совершенно не похож на себя прежнего; и такое безразличие ко всему ему ни в коей мере не присуще. Санибак-Тастимун или какой-то другой, еще более зловредный колдун из окружения Корсибара навел на него чары. Я знаю это наверняка.

— Очень может быть, что вы правы, — сказал Свор. — Далее. Леди Роксивейл также уехала. Она отправилась в Алаизор, чтобы оттуда переправиться на корабле на Остров Сна и вступить в права Хозяйки Острова.

— А леди Кунигарда вполне может встретить ее градом стрел, — вставил Септах Мелайн.

— Есть новости, — продолжал Свор, — и о прокураторе Дантирии Самбайле. То сообщение, с которым я приехал к вам, подтвердилось: он и впрямь повернул обратно, не доезжая Алаизора, и со всей своей свитой направляется к Горе. Его видели в Корагеме, Тедеске, Клатре и Бланде. Полагают, что уже на следующей неделе он доберется до Пиврарча или Лонтано, начнет оттуда подъем на Гору и завернет сюда, в Малдемар, чтобы обсудить с нами — ему известно, что мы спаслись, — дальнейшие действия, перед тем как идти прямо в замок и предстать перед лордом Корсибаром. Леди Хейсс Ванэйл, ссылаясь на Акбалика, говорит, что он уже отправил Корсибару послание, в котором выражает свое неудовольствие арестом Престимиона.