— Мы дожидались вас, — ответил Септах Мелайн. — Вы — недостающий кусок в нашей мозаике. Если бы мы отправились туда сами, то были бы закованы в кандалы быстрее, чем вы успели бы выпить бокал малдемарского вина, так как все мы, как вы верно заметили, лишь более или менее заметная часть окружения Престимиона. Но вы не входите в ничье окружение. Дело здесь не в храбрости и не в хитрости, Дантирия Самбайл, а в одной только силе. Лишь вы один обладаете силой, которая заставит Корсибара смягчиться. Я говорю о преданной вам армии в Зимроэле.

— Ах! — без выражения воскликнул прокуратор. — Так, значит, это моя задача? В общем-то я подозревал это. Но, по крайней мере, вы пойдете со мной?

— Если вы находите, что так будет лучше, то, конечно, пойдем, — ответил Септах Мелайн.

— Ну тогда собирайтесь, вы, трое, — скомандовал Дантирия Самбайл, указывая на Септаха Мелайна, Свора и Гиялориса.

— А мы? — с затаенной обидой в голосе спросил Абригант.

— Думаю, что это ни к чему. Ваше дело оберегать замок Малдемар и готовить его к возвращению вашего брата. Начинайте собирать людей вашего города и настраивайтесь на возможное сражение.

— Сражение? — в один голос возбужденно переспросили Септах Мелайн и Гиялорис. Свор промолчал, но его глаза под густыми бровями на мгновение подернулись задумчивой пеленой.

— Да, сражение. Если Корсибар не выдаст нам Престимиона добровольно, то мы заберем его силой. Вы же знаете, что масло, в которое попадет искра, легко может загореться. — Прокуратор хищно усмехнулся. — Мне нужно тридцать сильных мужчин, умеющих держать оружие, из числа ваших людей, — сказал он Тарадату и Абриганту, — и я хочу, чтобы они оделись в те же ливреи, что и моя свита.

— Люди Малдемара в цветах Ни-мойи? — возмущенно ощетинился обычно задумчивый Тарадат. — Как мы можем допустить такое?

Рослый пылкий молодой Абригант тоже разгневанно вскочил с места.

Дантирия Самбайл махнул своей широкой, похожей на лопату рукой.

— Успокойтесь, кузены, успокойтесь. Я не собираюсь посягать на чьи-либо права. Я хочу всего лишь добиться освобождения вашего брата. Выслушайте меня: здесь со мной семьдесят шесть моих собственных людей. Вы даете мне еще тридцать, и отряд уже начинает производить впечатление внушительной силы, во всяком случае, становится таким, чтобы Корсибар не мог не заметить его. Но в моих цветах они будут просто моей свитой, той самой, которая сопровождала меня в Лабиринт на похороны Понтифекса. Это вполне невинно, так ведь? А если я появлюсь сейчас в Замке в сопровождении второго отряда, люди которого будут одеты в цвета Малдемара, то будет больше похоже, что мы собираем армию против короналя, причем в его собственном доме. А это такая угроза, с которой никогда не станет мириться ни один корональ. Вы понимаете меня, не так ли? Дополнительные люди будут полезны, но мы немного замаскируем их, чтобы избежать преждевременного начала военных действий. Но братья все еще, казалось, не были убеждены.