Более серьезное беспокойство у Престимиона вызывало поведение зимроэльской армии, которая, совершенно очевидно, не спешила в Стимфиноре на поле боя. Он вызвал к себе Гавиада и Гавиундара, чтобы отругать их за небрежность, но у обоих братьев был настолько покаянный и жалкий вид, что он сдержал свой гнев. Коренастый толстогубый Гавиад с торчащими усами был — пожалуй, впервые — совершенно трезв и беспрестанно повторял, что его отряды были готовы, но он, прежде чем послать их вперед, дожидался известия о кавалерийской атаке, как и было предусмотрено планом. А высокий большеухий самодовольный лысый Гавиундар с огромной нечесаной оранжево-рыжей бородой чуть не плакал, переживая, что его люди не включились своевременно в бой, отчего он закончился так плачевно. И Престимион простил их. Правда, он всегда помнил, чьи братья у него в союзниках, и, опасаясь различных фокусов, которых всегда следовало ожидать, имея дело с людьми, в жилах которых течет та же кровь, что и у прокуратора, предупредил их, что в случае промахов при следующем столкновении с роялистами не примет никаких оправданий.

Про себя он молил Божество, чтобы это случилось нескоро. Его людям было необходимо время, чтобы отдохнуть и набраться сил. Сам Престимион надеялся, что к нему присоединятся новые добровольцы. Ободряющие известия доходили до него из Алаизора. Через этот порт на западном побережье род Мадцемаров уже на протяжении многих веков отправлял свое вино в Зимроэль и имел в городе обширные деловые и родственные связи. Виднейшие жители Алаизора, как сообщили ему, поддержали восстание против Корсибара и начали собирать армию, чтобы присоединиться к Престимиону. Хорошие новости прибывали и из других мест в западном Алханроэле: на всем протяжении побережья — и в Стинорпе, и в Кикиле, и в Клае, и в Кимоизе, и во многих других городах — люди горячо обсуждали достоинства обоих претендентов на трон и все более склонялись на сторону Престимиона. Они уже успели узнать и осознать, к каким методам Корсибар прибег, для того чтобы стать короналем, и это не слишком устраивало их.

Все это было и на самом деле прекрасно, но эти города западных областей находились очень далеко, а армии Мандрикарна с Фархольтом и Навигорна наседали прямо по пятам. И Престимиону было совершенно необходимо совершить стремительный переход на северо-запад, на побережье, в земли его сторонников, и встретиться с ними прежде, чем враги, преследовавшие его, могли навалиться вместе и положить конец всему его восстанию. Он вел свою армию ускоренным маршем через континент, прочь от Замковой горы, и теперь с каждым днем все больше удалялся от трона, к которому стремился.