— Да, Свор! — присоединился к нему Престимион. — Поднимитесь-ка вы туда и расскажите потом, что увидели!

— Думаю, как-нибудь в другой раз, — несколько нервным тоном отрезал Свор. — Но смотрите, смотрите! Неужели мальчик возвращается? — Он указал в небо. Там действительно можно было разглядеть в вышине темное пятно, которое с каждой секундой становилось все больше, и вскоре уже можно было различить пару широко распростертых крыльев, между которыми чернело веретенообразное, поросшее черными перьями тело иеракса. Птица начала снижаться, и все увидели на ее спине сына Горнота Техайна. Прошло еще несколько секунд, птица спланировала на землю, резко взмахнув крыльями в последний момент; мальчик, сияющий от удовольствия, еще охваченный счастьем полета, соскользнул вниз.

— Ну, и что ты видел? — спросил у него отец,

— Снова армии. Маршируют туда-сюда и что-то бурят возле озера.

— Армии? — быстро переспросил Престимион. Свор наклонился к нему.

— Я же говорил вам, что у них есть сведения, которые могут нам пригодиться.

Наездники иераксов, как оказалось, летали над долиной Ийянна всю неделю с тех пор, как заметили на севере от города движение войск, и успели многое узнать. Они с радостью сообщили все это Престимиону всего за несколько серебряных реалов. За последнее время, сказали они, парящие машины доставили с востока бесчисленное множество людей с оружием и в броне. Достигнув Ийянна они двинулись вдоль реки на север, пока не достигли Мавестойской дамбы, за которой раскинулось рукотворное озеро, снабжавшее водой значительную часть всей провинции.

И теперь они расположились лагерем на дамбе и по обе стороны озера. Каждый день кто-нибудь из сыновей Горнота Гехайна — сам он больше не поднимался в небо, говоря, что уже слишком стар для этих «игр» — летал туда, чтобы посмотреть, что происходит, и каждый день они обнаруживали, что в лагерь подходили все новые и новые отряды и все время шли какие-то земляные работы.

— Интересная вещь, — сказал Свор. — Три дня назад один из мальчиков пролетел низко над центром лагеря и увидел там высокого темноволосого человека, носившего одежду короналя: зеленый с золотом плащ, отделанный белым мехом. Ему показалось, что он заметил на лбу темноволосого что-то блестящее, что вполне могло оказаться короной.

Престимион на мгновение лишился дара речи.

— Неужели Корсибар? Сам Корсибар здесь?

— Такое складывается впечатление.

— Но разве это возможно? Я был уверен, что он будет сидеть в безопасном укрытии, в Замке, пока у него есть такие люди, как Навигорн и Фархольт, которые будут сражаться за него.