Целлар тем не менее вздрогнул и шарахнулся в сторону, словно оттуда могло вылезти какое-нибудь щупальце.

Остальные окна затянуло дымкой, в которой время от времени исчезало зеленоватое изображение авиатора. Потом появилась кошмарно раздутая пятерня — его собственная. Толстые пальцы ощупывали лицо — казалось, пилот пытался вспомнить, как выглядел в последний раз. Потом замерли на маске, будто в раздумье… И вдруг быстрым, хищным движением он вцепился в ремни и сорвал ее. Брызги рвоты залили все, что было под ней. В тот же миг Посеманли исчез.

— Получается, миру пришел конец? — спросил Целлар.

— Я хочу только одного — умереть, — глухой шепот донесся словно издалека, в нем звучал стыди жалость к самому себе. — Сто лет на Луне!.. Просто умереть.

В окнах сменяли друг друга тусклые картины: самые обычные насекомые, осиные гнезда, очевидно, затоптанные на каком-то чердаке, и бражники, похожие на засушенные между страниц книги бутоны. Невидимый ветер сдувал их одну за другой. Каждая была темнее предыдущей, и под конец уже ничего было не разглядеть.

Целлар долго стоял в полной темноте, не думая ни о чем. Он не мог заставить себя произнести хоть слово.

Вошел карлик. В одной руке он держал свой любимый топор, в другой — связку тонких стальных стержней, отполированных до блеска. Он запыхался, белые волосы были перепачканы кровью. Кривясь от отвращения, маленький метвен залпом осушил свою чашку с остывшим ромашковым чаем. Потом заметил темные окна, битое стекло на полу и мрачно кивнул.

— Полчаса назад им дали сигнал войти в ворота, — сообщил он. — Нас тут уделают.

Он положил стержни на пол, вооружился инструментами, которые до сих пор прятал под безрукавкой, и принялся за работу. Много времени ему не понадобилось. Скоро перед ним лежало нечто, отдаленно напоминающее человеческий скелет десяти-одиннадцати футов высотой — его знаменитая «железная дева», или «стальная женушка». Карлик откопал ее давным-давно, в одной из холодных пустынь далеко на севере. Пока Гробец соединял металлические кости «женушки», в зале стояла мертвая тишина. Тем не менее, карлик то и дело замирал, склонив голову набок, и к чему-то прислушивался, а один раз небрежно бросил:

— Надо бы засов запереть, что ли… Мне не дотянуться, а ребятки долго болтать не станут.

Целлар не ответил. Из разбитого окна ползли крошечные пятнышки синего света, похожие на светящихся жуков. Они текли быстрее и быстрее, точно дождь. Зал наполнился странным призрачным сиянием, окрасившим бледные щеки Метвет Ниан — она сидела молча, не шевелясь и глядя прямо перед собой, что бы ни происходило.