— Что это? Что это за существо?

Он был сам не свой. Люди вокруг начали пересмеиваться. Они не понимали, что он не уловил скрытого смысла постановки.

— Кто-нибудь знает, что это? — продолжал вопрошать Рис.

— Тише! — шикнула Вера. — Ты мешаешь другим.

Скудное освещение, запах тухлой пищи… «Аллотропное кабаре» было не самой роскошной сценической площадкой, к тому же на редкость холодной. Женщина развернулась, чтобы оказаться лицом к зрителям — маска при этом сохраняла прежнее положение, — потом встала и исполнила что-то вроде «возбуждающего танца». Во всяком случае постаралась изобразить нечто подобное. Она сводила и разводила пухлые руки перед грудью. Облачка пара вырывались у нее изо рта, ноги выстукивали по ненатертому мелом полу: «Раз-два-три, раз-два-три», Однако Рис не ушел до самого конца представления, когда маска была сорвана, явив публике торжествующую улыбку, взъерошенную каштановую шевелюру и утомленное опухшее лицо местной «звезды» от силы шестнадцати лет от роду.

Рис засвистел, выражая восхищение.

Вера и ее спутник вышли из зала. Их тени, огромные и черные, покачивались рядом, скользя по стене, облепленной полусодранными политическими карикатурами, что тянется по всей длине Эндиньялл-стрит.

— Кажется, так просто — выступать перед публикой, — начала Вера, подстраиваясь под его ленивый, обманчиво вялый шаг. — Мне бы духу на такое не хватило. Ты видел ее щиколотки? Бедняжка.

Рис нетерпеливо махнул рукой.

— По-моему, здорово. Вот это зверушка!.. Как думаешь, такие сейчас где-нибудь водятся?

Вера засмеялась.

— Сходи на Всеобщий Пустырь и увидишь все собственными глазами. Как я понимаю, ты туда пойдешь — верно? А что ты будешь делать, если столкнешься с таким существом нос к носу? Вот с таким огромным?

Он схватил ее за руки, чтобы помешать ей пуститься в пляс.

— Я убью его, — сказал он серьезно. — Я…

Что бы он мог сделать еще, так и осталось неизвестным: он увидел лицо Веры. Она словно окаменела.

— Ну, может быть, это оно меня убьет, — добавил он, словно удивляясь такому повороту разговора. — Никогда не задумывался о таких вещах. Ну… Никогда не думал, что на свете есть такие твари.

Он дрожал от волнения. Вера чувствовала это, держа его за руки. Она смотрела на него сверху вниз. Толстошеий и заводной, он чем-то напоминал маленького пони. Внезапно его жизнь представилась ей похожей на длинный ряд причудливой мебели вдоль бесконечной Эндиньялл-стрит. Открытые двери «Аллотропного кабаре», беспомощная танцовщица в туфлях, похожих на колодки, с искалеченными щиколотками… И все это тянулось к чему-то такому, что невозможно разглядеть.