Вдруг Охотник упал на скамью, убрал руку с талисмана и разразился хохотом.

– Его кто-то целует! – воскликнул он в ответ на недоуменный взгляд Сокола. – Да как целует-то! В лоб, в щеки, куда попало! Не знаю, что стряслось с талисманом, но у мальчишки свидание! Ну, Дайру! Ну, пострел! Он этак обгонит Нургидана!

– Не теряется ни по какую сторону Грани! – в тон ему отозвался Ралидж.

– Ладно, – просмеявшись, сказал Шенги. – Мог бы предупредить, поросенок, чтоб я не беспокоился. А то здесь чудовища всякие... Ну, я с ним утром очень, очень поговорю!

* * *

– Да чтоб вас всех рыбы сожрали! Я же выполнил все ваши капризы! На этот нелепый остров завернул! Жреца нанял! Таскался с ним по кораблю, пел молитвы! Чего вам еще надо – чтоб я сам подался к жрецу в ученики?

– Капитан, – просительно пробасил Пень, – команда волнуется! Этот слизняк...

– Короче! Чего они от меня хотят?

– Чтоб ты с ними отстоял молебен возле храма.

– Я же не верю в Безликих!

– А это им по фигу, лишь бы отстоял. Оказал бы уважение богам и команде.

– Как трогательно! Ну, они меня еще узнают! Тысячу раз пожалеют, что смели мне приказывать!

– Они не приказывают, а просят, – уточнил Пень дипломатично. – Капитан, если сейчас наводить порядок, полкоманды разбежится.

– Ладно, уговорил. Но я им это еще припомню. Молебен небось затянется допоздна?

– Да уж до полуночи, капитан, не иначе!

* * *

– Нет, так нельзя! Я сбегаю в поселок! – Трактирщик не мог попасть трясущейся рукой в рукав куртки. – Ну, почему она до сих пор домой не показалась?

– Отец, поселка больше нет! Рыбаки сами в Майдори у родни ночуют. Лянчи – у жениной тетки.

– Глупый мальчишка! Здесь ему, что ли, места мало?

– Ты же знаешь, Лянчи не любит наш постоялый двор!