Обязанность каждого человека — строить свою жизнь так, чтобы для наследников было одновременно и честью, и вызовом пойти по стопам своего отца.

Боренсон, Миррима и Сарка Каул скакали прочь от линии опустошителей, оставляя милю за милей между собой и марширующей ордой, которая протянулась от горизонта до горизонта.

Сарка Каул уставился вперед, взгляд его был рассеянным.

— Есть хорошие новости и плохие. Радж Ахтен и Королева Лоуикер заключили союз. Они позволят войскам войти в Каррис с севера в надежде, что все погибнут, оставив половину Рофехавана открытой для завоевания. Но даже они не догадываются, какую помощь может принести ночь.

— Ха! — Боренсон рассмеялся в полном восторге от того, что Дзйс — его советник. — Ответь-ка, друг, что скажет твой Государственный совет, когда обнаружит, что ты продаешь их секреты?

— Для таких, как я, есть только одно наказание — смерть, — ответил Сарка Каул. — Сначала они подвергнут мучительной смерти мою сестру-близнеца. Это медленный и трудоемкий процесс. Когда сознания объединены, это больше, чем просто общая память. Я буду видеть то, что видит она, чувствовать то, что она чувствует, слышать то, что она слышит до самого последнего момента. Когда она умрет, вполне вероятно, я тоже умру вместе с ней, потому что нельзя рассчитывать остаться в живых после того, как будет разорвана связь столь тесная, как та, которая связывает нас.

Боренсон молчал, устыдившись своего смеха.

— Прости, — сказал он наконец.

— Это не твоя проблема, — сказал Сарка Каул. — Я заключил эту сделку очень давно. Как раз сейчас моя сестра-близнец лжет Совету, говоря, якобы ты бросил меня в океан и я мотаюсь по волнам, уцепившись за кусок дерева. Моя единственная надежда, что я проживу, чтобы помочь руководить тобой до сумерек.

— А я надеюсь, — сказала Миррима, — что Совет никогда не узнает, что случилось, и что твоя сестра сможет сбежать.

Они отъехали недалеко, когда встретили одинокого всадника, мчащегося галопом на юг по равнине. Сразу было видно, что это Рыцарь Справедливости, одетый в старомодную помятую кирасу из северной Мистаррии, а также в черный рогатый шлем с кольчужным воротником, который струился как волосы по его спине, — стиль, встречающийся только среди воинов Кхдуна в Старом Индопале. Он был вооружен богато украшенным копьем из черной липы — поистине королевским оружием.

Он ехал на серой лошади, широко ухмыляясь. Боренсон узнал в нем Сэра Питтса, стража замка из Морского Подворья.

— Что ты собираешься сделать? — окликнул его Боренсон, кивая в сторону линии марширующих опустошителей. — Устрашить их своим нарядом?