— Особняк Тремонтенов, — объявил Алек, выпрыгнув вслед за мечником из кареты. — Прошу меня извинить, я… — Он осторожно посмотрел на одно их окон верхнего этажа. — У меня срочная встреча.

Наверняка все было спланировано и предусмотрено заранее. После того как Ричард остался один, его отвели в одну из тех комнат, к которым он привык еще в те дни, когда проводил много времени на Всхолмье. В покоях его ждала горячая ванна, в которой мечник нежился не так долго, как ему хотелось, — все из-за слуг, которые вертелись вокруг него. Наконец они ушли, чтобы не мешать ему самостоятельно одеться. Ричард накинул на себя плотную белую рубаху и, повалившись на мягкую кровать, погрузился в глубокий сон.

Его разбудил звук открывающихся дверей. Слуга принес Ричарду поднос с холодным ужином, который мечнику позволили съесть в одиночестве. Сент-Вир поставил поднос на маленький столик у окна, из которого открывался вид на сад и аккуратно подстриженные газоны, протянувшиеся до самой реки. В свете заходящего солнца ее воды приобрели цвет шлифованной меди. Сейчас мечник мог делать что хотел, и это ему нравилось — в присутствии слуг, особенно хорошо вышколенных, он чувствовал себя очень неуютно. Такие слуги казались мечнику некими автоматами, волею случая умеющими дышать и разговаривать. Нобили всегда вежливы со слугами, но при этом не обращают на них никакого внимания, словно их не существует вовсе, а Ричарду такое не под силу. Если кто-нибудь был рядом, мечник непременно об этом помнил.

Слуги герцогини Тремонтен считались одними из лучших. Они обходились с мечником учтиво и почтительно, как с важным и могущественным гостем.

Держась от Ричарда на почтительном, предписанном этикетом расстоянии, они повели мечника по коридорам и лестницам вниз, к его благодетельнице.

Сент-Вир понятия не имел, чего ему ждать, поэтому счел за лучшее не ломать зря голову. Однако он ничего не мог с собой поделать и все гадал, увидит ли сейчас Алека. Мечник подумал, что, пожалуй, был бы рад встретиться с ним в последний раз, сейчас, когда в голове прояснилось. Сент-Виру хотелось сказать другу, что ему идет новая одежда. Пока мечник шел по коридорам особняка герцогини, разглядывая красочный орнамент, в узоре которого мерещилась насмешка над окружающей роскошью, ему перестало казаться таким уж странным, что Алек принадлежит к роду Тремонтенов.

Гостиная дышала такой роскошью, что в глазах начало рябить. Она была битком набита всякими диковинками разных форм и расцветок, которые отражались в огромном выпуклом зеркале, висевшем над камином. В кресле возле огня сидела женщина и что-то вышивала.