Тишина царила и в доме. Ни незваных гостей, ни призраков.

Агнес выбралась из постели, подошла к комнате сына. Он заснул сидя, с книгой в руках. Она осторожно высвободила «Звёздного зверя» из его ручонок и, прежде чем закрыть книгу и положить её на ночной столик, вложила клапан суперобложки между страницами, на которых он остановился.

Когда Агнес поправляла подушки и укрывала Барти одеялом, тот наполовину проснулся и забормотал о том, что полиция собирается застрелить бедного Ламмокса, который и не хотел причинять столько вреда, но его напугали выстрелы, а если ты весишь шесть тонн, у тебя восемь ног и вокруг мало свободного места, обязательно что-то да заденешь.

— Не волнуйся, — прошептала Агнес. — Ничего плохого с Ламмоксом не случится.

Он закрыл глаза и вроде бы заснул, но, когда она выключила свет, прошептал:

— У тебя опять нимб.

* * *

Утром, приняв душ и одевшись, Агнес спустилась вниз и нашла Барти за кухонным столом. Он ел овсяные хлопья, залитые молоком, не отрываясь от книги. Позавтракав, вернулся в свою комнату, читая на ходу.

К ленчу закончил книгу и, переполненный впечатлениями, всё время забывал о том, что надо есть. Когда мать напоминала ему о полной тарелке, он начинал рассказывать ей об удивительных приключениях Джона Томаса Стюарта с Ламмоксом. Она слушала его, и ей казалось, что написанное Хайнлайном не научная фантастика, а чистая правда.

Потом Барти устроился в одном из больших кресел в гостиной и принялся перечитывать книгу заново. Впервые в жизни он перечитывал роман… и к полуночи вновь перевернул последнюю страницу.

На следующий день, в среду, 27 декабря, Агнес отвезла его в библиотеку, где он взял две рекомендованные библиотекарем книги Хайнлайна: «Красную планету» и «Космическое семейство Стоунов». Судя по его энтузиазму по дороге домой, детективы оказались лёгким увлечением, тогда как фантастика стала истинной любовью.

Агнес с нескрываемым удовольствием наблюдала за сыном. Благодаря Барти она видела, каким могло бы быть её детство, если бы не отец. Иногда, слушая рассказы Барти о приключениях Стоунов или тайнах Марса, Агнес чувствовала: где-то, пусть на самую малость, она остаётся ребёнком и ни человеческая жестокость, ни время не в силах лишить её свойственного только детям чистого восхищения жизнью.

В четверг, в четвёртом часу дня, Барти в тревоге прибежал на кухню, где Агнес пекла пироги с пахтой и изюмом. Держа «Красную планету», открытую на страницах 104 и 105, Барти с горечью пожаловался на то, что в библиотеке оказался дефектный экземпляр.