Они лежат, держась за руки. Потом рядом с ними вырастают фигуры в униформе. Главный, направив на них револьвер, произносит по-английски с сильным акцентом:
– Полиция! Вы арестованы.
108.
108.К их ногам возлагаются дары. Барабанит тамтам, на лицах извивающихся под его ритм танцовщиц застыли улыбки подобострастия.
Сидящая на троне Нут взирает на длинные процессии человечков, несущих им подношения и еду. На ее вкус, все получилось слишком просто: стоило Гебу изобрести религию, как уверовавшие туземцы бросились ревностно им служить. В этом есть что-то нездоровое.
Она поворачивается к своему партнеру, тоже восседающему на троне. Тот приветствует каждое новое подношение одобрительным кивком.
– Не понимаю, как можно так быстро перейти от желания убить к желанию поклоняться.
– А я понимаю, спасибо Рене: воображение этих людей тем сильнее, чем меньше у них возможности проверить то, что они воображают. Они полностью подчинены своей вере и без размышления обожествляют повелителей, которым приписывают волшебную силу.
– Ты же видел, как стремительно они перешли от ненависти к обожанию!
– Кажется, они счастливы нам служить. Мы наделим их огромным объемом знаний, который даст могучий толчок их развитию. Представь, сколько тысячелетий им для этого потребовалось бы, если бы не везение – встреча с нами.
– Возможно, они дошли бы до всего и без нас.
– Не думаю. Они получат от нас письменность, медицину, реинкарнацию, архитектуру.
– Ты сотворил изощренную религию, – говорит Нут. – Я восхищена твоей выдумкой.
– Не-хе набросал основные положения, дальше все было просто. Я всего лишь следую его советам.
Нут наблюдает за маленькой женщиной, протягивающей деревянную статуэтку, изображающую ее, Нут. Взяв дар, она вздыхает и кивает в знак признательности.
– И все-таки мне кажется, что мы злоупотребляем своей властью над ними…
– Самое главное – написать свиток. В последний раз Не-хе попросил нас с тобой все время носить ожерелья с синим дельфином.
Нут хлопает в ладоши. К ней резво подбегают двое. Она показывает жестом, что голодна. Через считаные секунды человечки уже сгибаются под тяжестью мешков с местными плодами.
– Вряд ли такая степень повиновения совместима с духовным расцветом.