– Ну, что ты так смотришь? Я же добра тебе желаю, – опередила его Ольга.

– Гамаюн говорила что-то важное! Она сказала, что я могу быть счастливым. Я не все понял, но, кажется, есть путь все исправить. Помогите понять пророчество.

– Люди хотят знать, что их ждет, потому, что боятся смерти. Но знание будущего никого не делало счастливым, поверь мне. Соблюдай уговор, заключенный с Василисой, трудись на славу, пока есть такая возможность. Вот мой тебе совет. Больше я помочь ничем не могу.

– Чего вы боитесь?

– Чего я боюсь? Да мало ли чего. При чем здесь это?

– Я не знаю. Может быть, вы боитесь Василису? Насколько я понял, в вашем мире она имеет вес.

Эмиль обратил внимание, что Ольга поглядывает на конька.

– Василиса? – Женщина рассмеялась. В ее смехе было что-то неестественное, словно она храбрилась через силу. – Ты думаешь, я боюсь эту взбалмошную девчонку? – возмутилась она.

– Почему нет? Она из могущественного клана. Вы боитесь ее гнева. Я угадал?

Ольга уперла руки в бока и уставилась на Времянкина.

– Дорогая Ольга, вы рассказали вашу историю, и я проникся ею. Но подумайте, ведь я тоже оборотень. Правда, по собственной воле. Слаб я был и пошел на сделку. Думал, яркой жизнью заживу. Но не рассчитал, что, обманывая людей, счастливым не станешь. И любовь всей своей жизни я потерял и, кажется, еще кое-что важное. Вы должны понять это.

Глядя в глаза Эмилю, Ольга выставила вперед указательный палец.

– Три вопроса. Но на этом все.

– Идет! – Лицо Времянкина просияло.

Он оттянул пальцами нижнюю губу и задумался. Учуяв запах корицы, Эмиль посмотрел на кофейный столик: на широком блюде благоухали сдобные улитки в белой глазури.

– Ой! Совсем забыла. Я же приготовила для тебя угощение, – взмахнув руками, защебетала Ольга.

Она положила одну булочку на отдельное блюдце и жестом пригласила Эмиля к столу.

– Пожалуйста, попробуй, Эмиль. Улитки с корицей и изюмом – мой конек.

Мальчик сел в кресло. Ольга села напротив.

– Пахнет вкусно, – сказал Эмиль, поглядывая на румяную сдобу.