Младенец недоверчиво уставился на нее – и вдруг улыбнулся.

Сашка поняла, почему мама называет его «солнышко». Круглое лицо сделалось еще круглее, полукруглыми бликами легли ямочки на щеках. Брат смотрел с искренней радостью, как будто давно ждал Сашку.

Как будто любил ее.

* * *

– Откроем шампанское? – Валентин весело потирал руки. – В честь Сашкиного возвращения?

Мама только что уложила ребенка; тот уснул безропотно и крепко. Сашка успела только заметить, что колыбельная у мамы теперь другая – не та, что полгода назад, не та, с которой укладывали Сашку. Какая-то новая песня.

Прошел день Сашкиного пребывания дома. Один из трех дней. Осталось два, но ни мама, ни Валентин, ни даже маленький Валечка об этом еще не знали.

– Сашхен, за тебя, доченька. Будь здорова, и пусть все у тебя получается.

– Ты так говоришь, будто у меня день рождения!

– Мы ведь твой день рождения с тобой не праздновали! Расскажи, как было?

– Обыкновенно. Я купила торт, шоколадный, вот вроде этого. Принесла в группу, мы его съели с ребятами… Выпили чай…

– Что, вина не было? – недоверчиво спросил Валентин.

– Нет, нам не разрешают пить алкоголь.

Сашка сказала – и тут же прикусила язык. Валентин многозначительно переглянулся с мамой.

– А что в этом такого? Сейчас обычная практика в многих ВУЗах, – соврала Сашка.

– У нас в общаге пили до белой горячки, – сказал Валентин.

– Вот видите! Разве это нормально?

Валентин опять покосился на маму, но та не ответила – смотрела на Сашку, подперев щеку кулаком.

– С тех пор, как я живу на квартире, – сказала Сашка, чтобы оборвать неловкую паузу, – у меня вообще все здорово. Высыпаюсь. Там такая красивая мансарда, цветы в ящике, даже маленький камин есть, не декоративный, а рабочий, и зимой я его буду топить.

Она прикусила язык на этот раз очень чувствительно.