— Ого, тут прямо гостиница…
Крокодил подтянулся к нему. В стальном отсеке, похожем на большую тюремную камеру, стояли несколько двухэтажных коек. Втяжные шланги на стенах снабжены были маркировками: пищевые массы, витаминные напитки нескольких разновидностей. За растяжной ширмой угадывался сортир, совмещенный с душем. Подчеркнутая функциональность предметов, положенных в основу быта, будто призвана была заявить: здесь вам обеспечена жизнедеятельность. Но не жизнь.
Крокодил заново осознал красоту Раа. Простоту и естественность всех этих ручьев и фонтанов, лесов и скверов, травы и хижин. Ему захотелось поскорее уйти из тесного металлического помещения.
— Я сейчас, — пробормотал Тимор-Алк. Крокодил оставил парня в отсеке и вернулся к Аире, который по-прежнему сидел, вытянув ноги, на железной скамейке. Его губы шевелились; присмотревшись, Крокодил узнал беззвучные слова. «По праву, — говорили губы Аиры. — Мы здесь по праву».
Крокодил, помедлив, опустился рядом. Железное сиденье врезалось в зад, железная спинка — в позвоночник.
— Предполагалось, что тут могут круглосуточно работать инженеры-ремонтники, — сообщил Аира.
— Здесь неприятно, — сказал Крокодил. — Как-то жутко.
— Мы под боком у стабилизатора, — Аира стукнул кулаком в стенку за своей спиной. — Психологический эффект. Собственно, поэтому круглосуточное дежурство отменили. Да в нем и нет надобности…
Крокодил прислушался и понял, что давно отвык от ватной, пустой тишины, в которой ни воды, ни сверчков.
— Что он там?.. — Аира кивнул в сторону жилого блока.
— По-моему, у него живот свело от нервов, — сказал Крокодил.
— Подождем.
Аира прикрыл глаза. Его рука, лежащая на колене, сжималась и разжималась, будто разминая эспандер. Крокодил несколько минут смотрел на эту пульсирующую ладонь, прежде чем понял, почему так страшно: раньше Аира никогда не выдавал свое волнение жестами.
— Что тебя смущает? — Аира не смотрел на него.
— Ты нервничаешь.
Аира вдохнул, будто желая втянуть в себя весь окружающий воздух:
— Еще не поздно вернуться.
— Ты серьезно?
— Да… или нет, — Аира криво улыбнулся. — Знаешь, на самом деле без моей помощи ты никогда не прошел бы Пробу.
— А как возмущался, когда тебя заподозрили в необъективности, — пробормотал Крокодил.