Однако повторения злосчастной судьбы вовсе не хотелось.
Да уж, в бледном свете будет он выглядеть перед своим господином, если в пять часов утра погонит сонного слугу за опиумом! А ведь лорду, несомненно, доложат. Этим он только подтвердит, что невинное светское развлечение превратилось в зависимость.
Семью Кристофера вообще будто преследовал неизвестный злой рок. Все отпрыски древнего рода отличались выдающимися государственными способностями, что быстро приводило их к высоким должностям и санам. И всё бы хорошо, но всех их в самый апогей славы ожидало громкое падение — ни одному до сих пор не удалось кончить хорошо. Кто-то ушел из жизни на плахе, кто-то под домашним арестом, кто-то бежал из города и был убит за его пределами, кого-то ждал несчастный случай, а кто-то просто неудачно подавился и умер прямо во время обеда.
До сих пор Кристофер уверенно шел по стопам предков, и мысль о продолжении этого пути сильно беспокоила его.
Глава 27, в которой наука и магия действуют заодно, но вовсе не во благо, а также страдают от болезненных зависимостей и одиночества
Глава 27, в которой наука и магия действуют заодно, но вовсе не во благо, а также страдают от болезненных зависимостей и одиночества
Прошло еще около трех часов битвы и варварского разграбления города, когда горизонт за спиной лорда Эдварда заалел, словно свежий шрам, налившийся темной кровью, и из-за него показались передовые дирижабли Ледума.
Рассвет был не за горами: первые отблески его уже покрыли волосы правителя блестящей рубиновой краской. Чудом выжившие, до смерти перепуганные мирные жители Ламиума попрятались в крепких домах, подвалах и сооружениях, а уцелевшие защитники с трудом удерживали последние не взятые рубежи.
Лавина оборотней прокатилась по городу, сметая всё на своем пути, оставляя кровавые потеки на карте. Противостоять такой массе и ярости врагов было сложно. Лорд Эдвард с жадным интересом наблюдал за передвижениями объединенной армии нелюдей, изучая их общую стратегию и тактику, непритязательные, но весьма эффективные.
Однако, особо укрепленные районы все еще держались. Значительная часть магов и солдат сконцентрировалась в окрестностях центра города, где имелось множество оборонительных конструкций, где незыблемым символом старого режима возвышался последний оплот обреченных — дворец лорда Доминика.
Правитель окинул взглядом стремительно приближавшуюся процессию кораблей. Полотнища знамён горделиво развевались на быстром ходу, на черной огнеупорной парусине клеймом серебрились и пламенели легко узнаваемые геральдические лилии Ледума о трех лепестках.