Я сделал знак, насильника подвели ближе. К моему удивлению, им оказался худенький лопоухий солдатик. Никогда б не подумал!

— Я… — Он лихорадочно облизывал губы. — Я хотел по-хорошему… Сказал ей, что она красивая, что женюсь после войны. Она сама меня поцеловала, я распалился… Я не хотел…

«Все так говорят!» — озлобился я.

— Повесить!

— Товарищ капитан! — Он рухнул на колени. — Ради бога! Я женюсь! Честное слово!..

Солдаты вздернули приговоренного на ноги.

— Ваше благородие! — Отец пострадавшей тронул меня за руку. — Не надо! Я согласен! Пусть женится!

— Он же очхи! — изумился я.

— Какая разница! Они тоже люди. У себя пахал — и у меня будет. Мне помощник нужен. Аглая у меня старшая, а сыны маленькие. Пусть!

— А дочка?

— Что дочка? — пожал он плечами. — Дочка согласится!

— Позови ее!

— Аглашка! — крикнул мужичок.

Толпа расступилась, к нам подошла девица. Она оказалась плотной и коренастой. Конопушки густо усевали ее круглое лицо, они были даже на руках. Мне сразу расхотелось кого-то вешать.

— Берешь его в мужья?

— Возьму! — Она потупилась.

— Сегодня и окрутим! — пообещал мужичок, развязывая руки перепуганному зятю.

— Смотри, чтоб не сбежал! — сказал я.

— Не сбежит! Аглашка ему глянулась.

— Очхи, если поймают его, расстреляют.