— Вот! — Александра достала из кармашка обручальное кольцо и надела его на безымянный палец левой руки. — Это он заказал. Сердечко из алого рубина символизирует страстную любовь.

— Господи! — Громов вскочил и заходил по кабинету. — Это невероятно! Почему вы молчали? Почему прячете это кольцо?

— Моя соседка по комнате целует портрет Ильи каждый вечер перед сном. Она такая не одна. Тысячи женщин Новой России мечтают о Князеве. Вы хотите, чтоб меня ненавидели?

— Вы умны, я это подозревал! — Громов рухнул на стул. — Но почему не пишете друг другу?

— Он не любит писать, я — тоже. Новости о нем я узнаю из газет.

— Он был здесь, а вы не подошли!

— Я хотела, но кругом лежали раненые. Им я была нужнее. Илья поймет.

— У вас невероятно сильный характер! — вздохнул Громов. — Под стать ему. Честно говоря, я не понимаю таких отношений, но это ваше право. Разумеется, я не могу соперничать с Князевым. Он знаменит, красив, умен…

— А какой он любовник! — добавила Александра, закатив глаза.

Лицо доктора перекосилось.

«Будешь знать! — злорадно подумала Саша. — А то — „раззява“!»

— Извините, что начал этот разговор, — пробормотал Громов.

— Ну что вы, — улыбнулась Александра. — Мне так давно не делали предложений, не угощали вином! — Она осушила бокал и поставила на стол.

«Ну, я и наплела! — подумала с запоздалым испугом, но тут же успокоила себя: — Не страшно! В ведомстве родов Илья все еще мой жених!»

— Надеюсь, — спросила она, — все сказанное здесь останется в тайне?

— Не сомневайтесь! — подтвердил доктор.

— Спасибо за угощение!

Александра встала и пошла к двери.

— Александра Андреевна!

Она оглянулась. Вскочивший Громов смотрел ей вслед.