Леди замолчала и принялась ждать, и ждала, наверное, пятнадцать секунд. Потом бросила скомканный листок бумаги на середину стола.

— Разверните бумагу, Том.

Отец послушно принялся разворачивать листок. Глядя на то, как его дрожащие руки возятся с бумагой, я с колотившимся сердцем думал, что если увижу на листке надпись “доктор Лизандер”, то тут же грохнусь в обморок.

Когда листок наконец был развернут и разглажен на столе, мама и я заглянули туда через плечо отца. В самом центре листка имелось большое почти круглое пятно крови и несколько капелек поменьше, кольцом окружавших большое пятно со всех сторон. Я не смог бы разглядеть в этом месиве имя, даже если бы речь шла о моей жизни. Но Леди даже не моргнула глазом. Достав из саквояжа простой карандаш “Текондерога номер 2”, она стала водить им по бумаге, играя в “соедини пятнышки”.

— Я ничего не вижу, — признался отец.

— Нужно верить, — сказала Леди.

Как завороженный, я следил за тем, как кончик карандаша скользит по бумаге от одного пятнышка крови к другому. За карандашом тянулась длинная дрожащая линия.

И неожиданно я понял, что вижу перед собой цифру “З”.

Карандаш продолжал работать, снова выводя кривую, на этот раз другую.

Вторая тройка. Карандаш остановился и оторвался от бумаги, закончив свою работу. Все пятна крови были соединены между собой.

— Вот все, что мы получили, — сказала Леди. — Две тройки.

— Но это не имя, верно? — спросил отец.

— Они снова решили загадать мне загадку, заставить поломать голову. Клянусь, я от всей души желала, чтобы на этот раз они загадали бы нам загадку полегче, но они остались верны себе!

Леди раздраженно отбросила от себя карандаш.

— Что ж, это все, потому что другого не дано, — закончила она.

— И это все? — Отец пососал уколотый палец. — Вы уверены, что разобрались правильно? Откуда вы знали, как соединять пятна крови?

Взгляд, который Леди бросила после этого на отца, невозможно описать словами.

— Две тройки, — повторила она. — Вот и весь ответ. Может, это тридцать три, я не знаю. Теперь мы сами должны догадаться, что это значит. Как только мы поймем, что это, мы узнаем имя убийцы.

— Не знаю никого, у кого бы было по три буквы в имени или фамилии. Или это адрес?

— Не знаю. Все, что я знаю, — это то, что вижу перед собой две тройки.