— Что ты сказал?! Сдаваться римлянам, имея мечи?!.. Да никогда!.. Ах, подлый трус! Не ты ли предал нас?.. Но знай, что если ты побежишь сдаваться, я пер вым рассеку тебя мечом. Напополам! А после брошусь на первого же римлянина, который приблизится к учите лю. И пусть меня убьют, пусть разорвут на части, но хотя бы ухо солдату отрублю! Я…
Не дав Петру договорить, Сиким сказал:
— Мне кажется, что лучше всего для нас, пока не поздно, рассыпаться, поодиночке разбежаться и спрятаться, кто где сумеет. Ведь степь — не караван-сарай, где вечно все заняты углы. Здесь места хватит для всех. И так скорее мы спасем учителя. Ведь римляне за каждым не поскачут. Сабина согласился:
— Ты прав, Сиким. Бегите, кто куда! По одному. Быстрее! Пока есть время…
— Бегите? А ты? — насторожился Петр.
Зелей заторопился:
— Как говорит учитель, так надо нам и сделать. Я иду на юг.
— А я на север! — поддержал Сиким.
— Вы разбегаетесь? — возмутился Петр. — Бросаете учителя? Шакалы! Так вот что стоят все ваши заверения в любви и клятвы быть рядом до конца?! Ну ладно! Расползайтесь все! Как вши! Но я останусь с учителем и буду защищать
И Петр поднял с земли короткий меч.
— Я тоже никуда не побегу, — встал с Петром Лука.
— Я — с вами! — собравшись с духом, выкрикнул им Франий.
Давя волненье, Сабина обратился к этим трем:
— Оставьте глупую затею. Я не хочу, чтоб вы сражались. Смысла никакого!.. И дело не в том, что римлян больше, что они солдаты, а потому умеют сражаться, а вы — нет. Важнее, что, покушаясь убить другого, вы предаете меня и все, что я вам говорил. Запомните: убийство убийством не остановить!
— Так что же, смотреть спокойно, как тебя схватят? — Петр меч не опустил.
— Вар-Равван! Мы не можем допустить, чтобы тебя пленили! Ты знаешь, чем это кончится… — от этих слов, от страха Франий задыхался.
— Тебя убьют, — зловеще, тихо сказал Лука. — Ты понимаешь это? Я думаю, они не повезут тебя в Ерша-лаим. К чему? Вдруг ты сумеешь убежать? Да и потом… они тебя боятся. Они боятся, что люди в Ершалаиме, узнав, что ты пленен, поднимут бунт… Ты живым не нужен ни прокуратору, ни Синедриону…
— Живым я никому не нужен! — почти что весело промолвил Вар-Равван…