ГЛАВА 27

ЖЕНСКАЯ СОЛИДАРНОСТЬ

Колдунья из Маргариты Николаевны вышла отменная!

Лишь только на стене у входа в один научно-исследовательский институт средь прочих объявлений появился ее рекламный плакат, как очередь у двери под номером 69 выстроилась словно за авансом. И что ж тут удивляться, когда с плаката на проходящих смотрела женщина обворожительнейшей красоты. И как живая! К тому же с добрым взглядом, заглядывающим в душу и душу ласкающим.

На листке, пришпиленном слева от двери 69, было написано, что Маргарита Николаевна предсказывает судьбу, снимает стрессы, сглазы, порчу, устраивает браки и браки разрушает, излечивает решительно все болезни, какие есть и те, какие будут, предупреждает о налете налоговых инспекторов, охмуряет кредиторов, запугивает должников и возвращает совесть… Короче, оказывает полный комплекс колдовских услуг И все — по смехотворным ценам.

Понятно, что желающих попасть к ней нашлось немало. И так же понятно, что поначалу шли на прием все больше сотрудники НИИ.

А выходя от Маргариты Николаевны, помимо остального рассказывали изумленно, что аппартаменты колдуньи занимают четыре огромных комнаты. Их это изумляло потому, что дверь под номером 69, насколько знали все, вела в убогую подсобку с одним малюсеньким оконцем. Такую тесную, что в ней и канцелярский стол не помещался. А тут…

Ну что ответить им?.. Запамятовали о пятом измеренье. Напрасно! Его еще не отменили.

Вот почему-то никто из многоумных сотрудников НИИ не изумлялся, что кабинетик их директора был короче городошной площадки. Поэтому директор, бросая биту, спиной вжимался в стену. А кто сумеет в этом положенье серьезный нанести удар? Чего же спрашивать тогда, с какого хрена так часто меняют стекла в директорском зеркальном шкафу? То, что кабинет директора столь безобразно мал, — да, это чудо. Позорное! А стены подсобок раздвигать умеют нынче многие. И то, что преображенье подсобки так изумляло сотрудников НИИ, во многом подтверждает предположенье, что это был дремучий институт…

Итак, желающих попасть на прием к Маргарите Николаевне собралось столько, что прибежал вахтер, зачем-то сидевший у парадной двери, и стал кричать, что всех к чертям разгонит, коль этот базар не прекратится. Тогда из 69-й вышла старушка в черном одеянье с морщинистым-морщинистым лицом и, обратившись к вахтеру, сказала:

— Милейший, не поминайте черта всуе! Иначе, кто знает, что с вами может приключиться.

Вахтер затопал ногами, покраснел и зарычал:

— Ты, старая, молчи! Ты знаешь, с кем говоришь?! Я тридцать лет служил, чеканил шаг, стоял правофланговым…