– Ну, ты…

И ткнул в сторону Августа рогатиной. Это он сделал зря. Август перехватил древко, мигом вывернул, отобрал и зашел мужчине за спину. А Павлов отпустил Василису, и она контролировала незнакомца спереди. Тот застыл.

– Вася, сидеть, – приказал Август.

Собака послушалась.

– А теперь, добрый человек, – сказал Август, – проходи к нашему костру, позавтракай, чем бог послал, да расскажи о себе.

Тот растерялся. Август подтолкнул его тупым концом рогатины между лопаток. Тот с опаской обогнул рычавшую Василису, сел.

– Нормальная собака?

– Сейчас – да, – ответил Павлов. – Я – Дима.

– Энрике, – пробормотал мужчина. – В смысле, это я. А что значит: «сейчас да»?

– Ну, две недели назад она была оборзевшей сукой. Лезла в постель к хозяевам, да еще и их выгоняла, кусаться пыталась. Ничего, проучили. Сейчас нормальная.

Мужчина хохотнул:

– Да я имел в виду, собака или киборг. Выглядит, конечно, собакой…

– А-а, – кивнул Павлов. – Киборг. Сибирский.

– Иди ты! И как оно ей тут? Тут киборгам хреново.

– Да нормально. Чип вытащили – и зашибись. Носилась всю ночь, утром ящерицу размером с мою ногу притащила, еще и поделиться этой дрянью пыталась.

– Хм. – Мужчина недоверчиво дернул головой. – Насчет ящерицы – зря отказались. Они тут вкусные. Как раки. – Он уставился на меня.

– Делла Берг, – сказала я.

Август неторопливо уселся, поправил еще смятые листья под задницей и представился. Все шестнадцать имен с титулом. Наш гость вытаращил глаза. Павлов протянул ему контейнер с едой.

– Каша! – обрадовался тот. – Ух ты… Все здесь есть – каши нет. Ни овощей, ни каши. Ни фруктов. Мясо, рыба – завались.

– Молодые вайи древовидных папоротников вполне съедобны, – заметил Август.