Царь встряхнул пачку. Вынул сигарету. Потом отложил ее, отхлебнул водки из горлышка бутылки. Закурил.

– Однако Хесс поставил условие: никто ничего не узнает. Статую вынесли из храма индейцы. Упаковали ее так, чтобы никто не догадался о содержимом ящика. Ящик привезли в условленное место, где всех индейцев сопровождения перестреляли бандиты. За грузом должен был прибыть корабль с тремя сотнями головорезов, задача которых – уничтожить уже банду. Но произошел сбой: командор Люкассен взбунтовался, бежал с корабля и вывел из строя систему посадки. Груз забрать не смогли. И более того: поднялся шум. Мимору не мог послать следующий корабль, это ведь криминал, да и не делаются такие вещи без подготовки. Банда застряла на Саттанге, развлекаясь грабежами в лесных деревнях, коммандер Люкассен, обвиненный в измене с подачи Мимору – для подстраховки, – тоже застрял на Саттанге и пытался разузнать, что же такое прячут в катакомбах. А ты, Хесс, завис в неизвестности и в страхе, что Мимору, обозленный провалом, выдаст тебя. Консул всячески поддерживал твой страх. Тут на вас падает Делла Берг, и ситуация из напряженной превращается в угрожающую. Бандиты звонят консулу и требуют избавить их от этих чегевар недорезанных, консул звонит тебе и требует принять меры, а ты не можешь послать туда гвардейцев, потому что в подземелье до сих пор стоит статуя Матери Чудес. Вдруг они ее увидят? В конце концов, когда Люкассен с Деллой освобождают Дженни Ивер, ты понимаешь, что это конец. Потому что в горах у них есть корабль. Сейчас они улетят – и правда вылезет наружу. Ты посылаешь гвардию за Люкассеном. Его привозят… без Деллы. Хесс, сколько ночей ты не спал? Наконец позвонил консул и сказал, что поймал негодницу. Ты выдохнул. Но тут пленниками заинтересовался царь.

Хесс сидел сам как статуя. Неподвижное, деревянное лицо, застывший взгляд.

– Тебя неприятно удивила осведомленность царя. Ты не придал значения словам Деллы, что царь обрадуется ей. Однако царь действительно заплатил тому, кто донес ему о твоих пленниках. И захотел повидать их. Вы поспорили. Царь изложил тебе свой план. Он решил позвонить отцу и предложить Земле обмен: он возвращает вот этих, безусловно уважаемых граждан, а Земля решает пару проблем Саттанга. Например, она уничтожает банду. Какое замечательное, царское решение! При штурме лагеря силами Саттанга погибнет много индейцев, тогда как Земля справится, возможно, и вовсе без жертв. Зачем губить своих подданных? Хесс, ты попытался убедить его, что пленники – бандиты, они грабили и убивали жителей лесных деревень. Царь только отмахнулся. А то он не знает, кто такие Люкассен и Делла Берг! Эти – не бандиты точно. Твои аргументы он отверг и наложил вето на смертную казнь. Хуже того! Он хотел пригласить пленников в гости. А что? Ему на самом деле безразлично, набить морду Люкассену или напиться с ним. Как пойдет. Но порадует в равной степени то и другое. Можно, кстати, сначала набить морду, потом помириться, напиться и поплакать друг у дружки на плече, ностальгируя по университетским временам. Это было бы совсем прекрасно. Ты напомнил, что по закону нельзя просто взять и отпустить пленников. Они будут считаться беглецами, и каждый индеец, здесь или на Земле, будет обязан убить их и их детей. Это древний закон, он давно не применяется, но ты как старейшина можешь воззвать к нему – и народ обязан подчиниться. Пусть не все индейцы согласятся, но достаточно нескольких, чтобы приговор привели в исполнение. Царь нашел выход из положения. Он тоже напомнил – про другой древний закон. Можно объявить Деллу царской наложницей, а остальных – ее рабами. Тогда через три года их можно отпустить домой, да еще и с подарками. А эти годы они проведут с пользой и для себя, и для Саттанга. Люкассен и Делла знают толк во внешней обороне, они помогут царю создать современную армию. Гай Верона – прекрасный юрист, может пригодиться для работы над проектом конституции. Да, под царем шатается трон, потому что пропала Мать Чудес и такой потери индейцы не простят никому. Но и эту проблему можно решить! Вот, царь ожидает гостя, тот знает, как искать пропавшие реликвии.