Издевается, скотина!
Он рубанул лопатой, едва выдернув ее из земли. Коротко, без размаха, пытаясь обмануть — рубнул острием по ногам твари. Точнее — по тому месту, где только что были ее ноги. Мгновение, и она сидит на черенке, обхватив его руками и ногами, вызывая ассоциации с пауком. Еще мгновение, и начинает карабкаться по нему вверх. Он вскрикнул выпуская черенок, и пытаясь ударить врага кулаком, но пришелец даже его руку использовал только как опору, и, оттолкнувшись от нее, взлетел к нему на плечо.
Шею пронзила боль — коротышка впился в нее зубами чуть пониже уха. Куснул, и тут же спрыгнул на землю, сплевывая что-то, попавшее ему в рот. Кусок плоти!
Он рефлекторно коснулся раны рукой, и наткнулся на что-то влажное. Кровь… Боли, как ни странно не было, зато кровь била фонтаном. Тварь вырвала из его шеи кусок мяса… Он попытался поднять лопату, но лишь упал на ее, не удержав равновесия. В голове помутилось, острые когти впились ему в спину, но сил на то чтобы стряхнуть тварь уже не было.
Последняя его мысль была о Марине… О том, что теперь ее некому будет защитить.
Аня
Аня
Только вчера все было хорошо! Ведь только вчера! Казалось что «Голое безумие» позади, что с ними все будет в порядке… Она даже убедила себя в том, что и ее родные живы, просто потеряли свои сотовые, или выбросили их к чертовой матери, от FV подальше! Ведь остались же Сережины мама и папа в Медянске, и ничего страшного с ними не произошло!
А потом… Потом все закрутилось со страшной силой, и казалось что хуже становится с каждой минутой! Марины не стало, Сергей, кажется, сошел с ума от горя. Женя… Что происходило с ним, она понять не могла, и ужасно этого боялась. После того как они с Сергеем похоронили Марину, он вернулся, улегся на кровать, и вставал лишь чтобы отлучиться в уборную, да перекусить. Взгляд у него был не то задумчивый, не то наоборот пустой и бессмысленный. А временами, когда Аня сидела к нему спиной, ей казалось что его взгляд колет ее между лопаток. Чужой, взгляд — не тот ласковый, который она привыкла на себе ощущать.
Ей было страшно.
Отдалились от нее и Леха с Дашей. Они остались в их комнате, но, тем не менее, были где-то далеко. Далеко и от нее, и от Жени, и друг от друга. Вечный весельчак Леха теперь даже не улыбался, уж не говоря о том, чтобы пытаться шутить.
И когда Ане стало казаться, что хуже уже быть не может — судьба вновь преподнесла сюрприз. Нет, не судьба. FV! Этим словом она теперь про себя называла все, что было связано с чужаками, вселившимися в тела еще не родившихся детей. FV добавило в ее жизнь еще немного черных красок, хотя светлых в ней и так, казалось бы, уже не осталось.