– Я об одном прошу. Если вы решите пожениться – меня позовите. Хочу постоять в уголке и полюбоваться на вас.

– О, это проще всего, – засмеялась Леони. – Собственно, вы меня опередили, мисс Берг. Я ведь евитка. У нас обряды примитивные. Лоренс?

– Конечно.

– Я, Леони Хоффманн, урожденная Инге Свенсон, беру в мужья тебя, Лоренс Хикати, и обязуюсь быть тебе женой.

– Я, Лоренс Хикати, беру в жены тебя, Леони Хоффманн, урожденная Инге Свенсон, и обязуюсь быть тебе мужем.

Она прянула вперед всем телом. Хикати на четверть мгновения удивился, потом положил ладонь ей на затылок, притянул ее голову к своему лицу. Губы их соединились.

Я не знала, куда провалиться от смущения.

Впервые видела такое чистое соединение.

– Я люблю тебя, – сказала Леони, и голос ее наполнился истинным теплом, – и всегда любила. Просто боялась присваивать тебя. Ты принадлежишь Богу, человечеству, чему угодно великому. Но любая женщина не вправе присвоить тебя только лишь себе. Даже я. Хотя мне хотелось!

Я повернула голову в поисках официанта. Хикати засвистел какую-то мелодию, до крайности знакомую, и Леони ему ответила, тихонько проговаривая слова… на испанском. Но я не успела опознать их, потому что к столику подлетел официант.

– Шампанского, пожалуйста, – сказала я. – Всему ресторану. За мой счет. Только что двое замечательных людей за этим столиком заключили брак по очень древнему обряду. Пусть все выпьют за их счастье.

Официант улетел, а я пояснила Леони:

– Я формально по происхождению чешка. Только у меня ни одной капли чешской крови нет, я русская. Русские в таких случаях угощают всех. Это обычай.

– Берут весь мир в свидетели? – понимающе уточнила Леони. Спохватилась, полезла в сумочку. – Лоренс, я не знаю… не уверена, как оно есть… просто для надежности. – Она раскрыла ладонь: на ней лежали два старых обручальных кольца. – Их носили мой дед и моя бабка. Те, у кого я жила до колледжа, когда уже сменила имя. Они не выдали меня родителям. Мисс Берг, вы ведь христианка?

– Лютеранка.

– Неважно. Говорят, что в минуту опасности любой христианин может исполнить обязанности священника… Я призываю вас в свидетели. – Она повернулась к Хикати: – Я, Леони Хоффманн, беру тебя, Лоренс Хикати, в законные мужья, чтобы всегда быть вместе в радости и горе, в бедности и богатстве, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас…

Она отчеканила эту клятву как военную присягу. Я видела, как Хикати готовился повторить эту клятву – слово за словом, столь же решительным тоном. И их брак, я уверена, точно свершился на небесах. Задолго до того, как они это осознали.