Подали шампанское. На наш столик оглядывались, нам улыбались, мужчины и женщины салютовали бокалами, и в зыбком мареве обычной человеческой доброты и радости я вдруг почти увидела маленького Леона Хикати, русоволосого, зеленоглазого, до чертиков умного, с лишним пальчиком на левой руке, проницательного красавца и обаяшку, которому, может быть, суждено по-настоящему изменить этот мир. А может, это будет девочка. Неважно, совершенно неважно. А важно, что эти двое наконец-то пришли к тому, что им было предназначено от рождения.

– Ладно, – дивно похорошевший Лоренс убрал в карман карточку, которую отдала Леони. – Давайте решать проблемы. Леони, если суд, то ты в лучшем случае получишь пятьдесят лет. В лучшем. Это с учетом твоей готовности сотрудничать. Я думаю, ты это понимаешь.

– Конечно.

– Но пятьдесят лет – чепуха, если ими правильно распорядиться. Я знаю, для тебя работа превыше всего, пока работаешь, – живешь. Я думаю, нам стоит сосредоточиться именно на этом направлении. На том, чтобы ты в тюрьме могла работать. Делла, что скажешь?

– Я мало что решаю. Начать все-таки следует с чистосердечного признания и ареста. Я ушла в отставку, но связи остались, и тому же Джету Ашену по личным каналам я могу донести. Леони, что скажете?

– Джет Ашен – старый циничный ублюдок, – откровенно сказала она. – Но в нашем случае именно его циничность может быть достоинством. Хорошее решение.

– Когда ты хочешь? – спросил Хикати у Леони.

– Сейчас. Я прилетела из Мюнхена, чтобы сдаться. Я даже номер в отеле не заказывала.

Он покивал. Я уже набрала номер Йена Йоханссона. Дождавшись одобрительного жеста, я сказала:

– Йен, я сейчас беседую с очень ценным свидетелем по делу об Ордене Евы. Фактически соучастник. Леони Хоффманн. Она хочет признаться. Готова сотрудничать… Да. Да… Знаешь, пришли машину. С охраной. И с Верой Харрис. Мало ли что. Да, и, пожалуйста, без Кента и Вики Дуглас. Они одну операцию уже сорвали. Дуглас уволилась? Новость… Тем лучше для нас. Адрес? Ресторан «Камелот». Мы ждем. – Я отключилась и весело сказала: – У нас еще есть двадцать минут. Леони, вы не голодны? Допрос будет долгим и тяжелым, наверняка затянется за полночь. Лучше поесть сейчас.

– Спасибо. Я совершенно не хочу есть. Но не откажусь от кофе.

Я снова позвала официанта.

– Пока у нас есть время, давайте распланируем допрос. У вас есть адвокат? Если хотите, могу рекомендовать того, с которым постоянно работает мой босс. Кстати, когда он приедет, вы можете запросить инквизиторский допрос. Август прекрасно его проводит, он и мне показывал…