– Шелк, мэм, – пояснила я. – Мне после родов пришлось коротко постричься, со стрижкой не ужилась, вот и нарастила.

– А почему не натуральные? – не удержалась та. – Вы вроде богатая.

– Не знаю, неприятно как-то донашивать чужие волосы… К тому же натуральные сложнее в уходе, они ведь мертвые, а шелк не сечется, не выгорает на солнце, да и мыть его попроще.

– Сержант Смит! – рявнул капитан Флинн. – Что за треп?!

– Извините, сэр, – ответила сержантша и вернула мне нижнее белье. – Одевайтесь.

Первичное дознание – подозреваю, что единственное, – я прошла в трусах и лифчике. Павлов, лицом к которому я сидела, расфокусировал взгляд. Ну да, я помнила, что он стесняется глядеть на чужую женщину. Даже в полевых условиях отворачивался. Вроде бы непрофессионально, а по сути верно – чего глазеть на тельце, лучше проверить, не хочет ли кто напасть. А вот капитан Флинн к такого рода процедурам не привык. И смотрел на меня с ненавистью. В общем, понятной ненавистью. Тело у меня не сказать чтоб идеальное, но достойное; конечно, излишне худощавое, но все, что надо, на месте. А кожа холеная. И Флинн знал, что не входит в тот круг, в котором я могла бы найти себе потенциального любовника. Злился, как злится всякий отвергнутый мужик.

Подумав, я отказалась от идеи незаметно спровоцировать его на эмоциональный выхлоп. Это ведь очень просто – плечи опустить, взгляд самую малость затравленный, как у жертвы, грудь напоказ, голову не поднимать или, наоборот, вскинуть ее этак истерически, чтоб мужику захотелось силой подчинить себе эту кобылку… Силой в мои планы не входило. Не была я уверена, что смогу его убить голыми руками. Или смогу?

Я смерила взглядом капитана Флинна. Тяжелый, скотина, но быстрый. Слишком быстрый, чтобы это было случайностью. Ни фига он не кадровый контрразведчик – его недавно перевели. Терминатор. И дай бог, чтоб выпускник не Военного университета, я не переживу этого позора.

Флинн переступил, быстро наклонился, стряхивая какую-то невидимую пылинку со штанов. Да, терминатор. Такой убьет не то что голыми руками, а просто наступив. Нет, не случайно. Терминатор никогда не ставит ногу «случайно», куда придется. У него все ходы посчитаны. Нет, не справлюсь.

– Снимите украшения, – потребовал Павлов.

– Полковник, будьте добры, доверните климатик на шесть градусов в плюс. Вы одеты, а мне холодно.

– И что, украшения вас согревают? – колюче усмехнулся Павлов, но распоряжение отдал.

Почувствовав волну теплого воздуха, я спокойно сняла лазуритовый гарнитур, с которым не расставалась – на удивление всем знакомым, считавшим его полной безвкусицей. Несмотря даже на старинную оправу. Кое-кому я осторожно намекала, мол, подарок Августа – и тогда на меня смотрели с еще большим подозрением. У людей не укладывалось в голове, что безупречный Август-Александер Пол Николас и еще двенадцать имен Маккинби мог подарить такое барахло.