— У меня всегда так, — вздохнула я и повернулась с профессиональным лицом, но рука потянулась к расцветающему синяку на щеке. Я позволила Рикману ударить себя, чтобы остальные не истерили по поводу Дева и Никки, что они верживотные. Потому что ничто не опровергает чьи-то обвинения лучше, чем когда заявитель выставляет себя непрофессионалом и задирой для кучи. Это сработало, но синяк есть синяк, и я собиралась использовать его по-полной программе. Хотя бы в том случае, если капитан расстроится, что я поломала одного из его детективов.
Глава 41
Глава 41
Капитан Джонас был высоким афро-американцем, который, скорее всего, играл в баскетбол в школе, или колледже, но от сидячей работы раздался в районе талии, и мне было интересно, проходил ли он тот же медосмотр, что и его патрульные офицеры. Он сидел за столом глядя на нас. «Нас» не включало Рикмана. Он был на пути в больницу. Среди «нас» были маршал США Сьюзен Хетфилд, Эдуард и я. Очевидно, из-за того, что я натворила дел и меня вызвали на ковер к Джонасу, подхлестнуло боевой дух Хетфилд, и она снова принялась пытаться снять меня с дела.
Хетфилд была почти под метр семьдесят, а значит почти одного роста с Эдуардом. Он добавил себе еще пяток сантиметров, надев свои ковбойские сапоги, а на ней были такие же ботинки на плоской подошве, как у меня, так что она казалась ниже, или просто Эдуард казался выше. Ее каштановые волосы были собраны в небольшой, аккуратный хвостик. Она двигала головой вслед за сердитой жестикуляцией и верхний свет отбрасывал темно-красные блики на ее волосах. Им не хватало пару тонов, чтобы перейти из каштановых к насыщенному темно-рыжему. Она была стройной, но ее стройность была выработана генетикой и тренировками, а не голоданием. Пока она махала руками, я заметила как на ее предплечьях проступали мышцы, но они не были перекаченными. Она вся была такая вытянутая, накаченная, с почти мужскими бедрами и маленькой грудью. Из той породы женщин, которым удавалось выглядеть деликатно и женственно без тех округлостей, что обычно идут в комплекте с треугольным лицом. На мой вкус у нее был слишком острый подбородок, но не мне с ней встречаться, я просто замечала мелкие детали, пока она разглагольствовала. В основном она обвиняла меня в том, что я слишком близка с монстрами, чтобы делать правильный выбор. Если честно, я не особо вникала в ее тираду, так как не раз уже все это слышала, и устала от этого. Я просто стояла и давала ее словам проноситься мимо меня как «белый шум».
Послышался голос Эдуарда: