— Это возвращает нас к тому, что он их знает, — сказал Эдуард.

— Да, или возможно он посмотрел на все эти фотки на стенах, как я раньше смотрел на ваши, и это подействовало и на него тоже.

— Так что, он начал желать того, чтобы его поймали? — удивилась я.

— Не осознанно, — ответил Эдуард. — Но, может быть, где-то в подсознании.

— Думаешь, он просто будет совершать больше ошибок, пока уходит от нас? — спросила Хетфилд.

— Возможно, но это означает, что нам придется увидеть еще места преступлений, чтобы поймать его на промахе. Я хочу поймать его прежде, чем они снова убьют, — ответила я.

— Конечно, но как? — спросила Хетфилд.

Я покачала головой.

— Пока не знаю.

— Пока, — подтвердил Эдуард.

— Ага, пока. Всегда есть «пока». Этому ты учил меня, Тед.

Он кивнул и одарил меня той кратковременной, и такой знакомой мне холодной улыбкой. Из тех, что он на себя нацеплял, когда убивал.

— Пока не знаем, — повторил он.

— Но узнаем, — ответила я.

— А когда вы это выясните, что тогда? — спросила Хетфилд.

— Мы всех их убьем.

— Даже человека, если им помогает именно человек?

— Да.

— Он подвергнется судебному разбирательству. Его адвокат настоит на невменяемости и добьется смягчения приговора.