– Ты не знаешь, каково это, когда лучшая подруга исчезает.

– Возможно, потому, что ты никогда мне о ней не рассказывала.

– Я не собираюсь за это извиняться. Не сегодня. История Минди не из тех, что можно запросто рассказать своему ребенку. Лиззи, ее нашли в собственном дворе. Ты даже не представляешь.

Я кивнула, хотя прекрасно знала, насколько все было ужасно. Видела каждую деталь, которая мелькала в памяти убийцы. Единственное, чего я не понимала, почему от меня это скрыла моя собственная мать.

– Послушай, я понимаю, что произошедшее было ужасно, но…

– Если понимаешь, то почему исчезаешь на двадцать один час и отключаешь телефон? Ты пропала совсем как она, – сказала мама с внутренним содроганием. – Лиззи, в три часа ночи я встала и пошла проверять задний двор, вдруг ты там закопана!

Под конец ее голос сорвался. И это было ужасно, как будто в ее легких запутались все страхи, которые она испытывала в своей жизни.

– Ясно, – только и смогла произнести я.

Она смотрела на меня, ожидая продолжения, а я хотела сказать, что понимаю, как была беспечна, и больше никогда не буду исчезать. Я хотела дать себе волю и разреветься.

Но у меня перед глазами все еще стояло то, чем я занималась в три часа ночи.

– Прости, – наконец сказала я, – мне очень жаль.

В ответ она кивнула:

– Хорошо.

– Но я не Минди. Ясно?

Мама задумалась, как если бы мои слова были чем-то спорным. Однако в итоге она кивнула снова. На ее лице появилось какое-то странное выражение.

– Я никогда не называла тебе ее имя.

– Правда? Возможно, я нашла его в Сети.

Мама покачала головой.

– Минди – ее уменьшительное имя. В газетах ее называли Мелинда.

– Тогда, должно быть, ты говорила мне.