Священник кивает и открывает дверь с огромным замком, ведущую в подпол.

– Пять лет назад мы перестали пускать сюда туристов во избежание скверны.

Лукреция и Исидор видят наскальные художества доисторических людей и средневековые изображения.

– Я кормил и выхаживал их.

– Кто они: молодежь, старики, дети? – допытывается Лукреция.

– Многие в преклонных годах, мужчин и женщин поровну, без детей. Они провели здесь три дня. Они очень нервничали и спорили о причинах своего поражения, осыпая друг друга упреками.

Исидор светит своим мобильником на стены. Сюжеты на них похожи на мультипликацию. Первый барельеф – мужчина в короне во дворце. Над мужчиной написано «СОЛОМОН». Ниже кучка людей изготовляет подобие дракона, над самым маленьким из них написано «НИССИМ БЕН ИЕГУДА». Рядом с драконом выбиты три буквы древнееврейского алфавита.

На втором барельефе сундук и три буквы, уже не древнееврейские, а греческие.

Дальше человек в тоге открывает сундук, рядом группа людей, сгибающихся от хохота.

На третьем барельефе римский солдат садится в лодку, пересекает море, причаливает в порту.

Вот он верхом, вот прячет в гроте под церковью сундук с тремя буквами, теперь уже не греческими, а латинскими.

И надпись: «HIC NUNQUAM LEGENDUM EST».

На четвертом барельефе – сундук и лежащие вокруг люди с веселыми лицами, но с закрытыми глазами.

Священник горестно хватается за голову.

– Я не знал!.. – стонет он.

– Чего вы не знали?

– Я спас их, потому что не знал, кто они такие.

Священник сжимает Лукреции руку.

– Я не знал, что это GLH.

На пятом барельефе едущий в Иерусалим рыцарь и надпись «ДАГОНЕТ».