— Скорее, чем дышали, — таким же дрожащим голосом ответил Артур.
Лодки неслись вперед сами по себе, весла безвольно висели в воде по бокам, но канатная сцепка держалась безотказно, хотя вся эта конструкция качалась на волнах так, что у пассажиров едва не выбрасывало за борт. Впрочем, было от чего делать кульбиты и помимо скорости движения.
Остров стал большим.
Остров пугал.
Почти у самой вершины холма, ближе к западному склону, стоял замок. Судя по текстуре, очень древний. Макушка его самой высокой башни, торчащей из-за темно-серой зубчатой стены, терялась в облаках. Стена, окружавшая замок, была полукруглой, с маленькими окнами-бойницами, расположенными ближе к верхнему краю. Вторая башня, увенчанная остроконечной крышей, торчала у левого поворота стены. Третья башня, очевидно, самая низкая, заявляла о своем присутствии шпилем с вертящимся в разные стороны флюгером. Очевидно, она служила замку южным форпостом. Башни не имели окон, но располагали странными элементами, похожими на узенькие балконы или, наоборот, широкие уступы, спиралью поднимавшимися к вершине. Под крышами башен располагалось нечто напоминающее смотровые площадки.
Никто из экипажей лодок никогда не видел в своей жизни ничего подобного. Наталья долго не могла понять, что же в этом замке не так. Несомненно, он красив и величав, словно только что соскочил с иллюстрации книги фэнтези, но явные стилистические нарушения не позволяли ему выглядеть правдоподобно. Наташа сочла, что замок похож одновременно и на готическое средневековое сооружение, напичканное призраками и вампирами, и на русскую деревянную крепость, ограждающую зажиточную деревню, и даже на православный храм (при этом левая башня явно отсылала и к католическим костелам).
Сравнение напрашивалось само собой: замок проектировал неумелый архитектор. Возможно, ребенок.
Наталья зажмурилась, надавив на глазницы основанием ладоней, стояла так несколько секунд, дожидаясь, пока перед глазами не поплывут разноцветные круги, затем открыла глаза. Архитектурная фантасмагория не растаяла в дымке, замок по-прежнему венчал холм в центре проклятого Острова. И над ним кружили птицы-птеродактили — те самые, что послали к гостям своего представителя.