— Да как ты… — Открыл было рот возразить Лиссандер.

— ДОВОЛЬНО! — Прогремел по комнате бас Барелла после того, как его кулак гулко грохнул по столу, — Молокосос, ты действительно считаешь, что твой отряд стоит целого войска? Что ж, если это так, то мы с радостью согласимся на твои условия. Но как же нам это проверить? — С делано озадаченной миной он погладил рукой бороду, — Кажется, ты говорил, что готов на поединок со мной? Как насчёт сразиться для начала с Раднером? — толстяк кивнул за спину на своего мага, кряжистого высокого бритоголового детину в скромной, хотя и качественной, робе до колен и добротных кожаных сапогах, опиравшегося на окованный с обоих концов сталью дубовый боевой шест. Он был немного ниже Хротгара и суше по телосложению, но это не могло обмануть северянина: противник явно был опытным бойцом и, к тому же, магом.

— Вообще-то, Ринал, о поединке говорил ты… — Подмигнул норд толстяку, — Но я не возражал на твои слова тогда, не стану и сейчас. Я согласен. Поединок до первой крови. — коротко резюмировал он.

— А я думал, северяне не боятся смерти, ведь по ту сторону их ждёт Вальгалла? — Разочарованно проронил толстяк.

— Просто не хочу лишать тебя столь недёшево обошедшегося тебе человека, сэр Ринал. — С этими словами норд смерил насмешливым, хоть и невидящим взглядом лорда Лиссандера.

— Ха, мне это нравится! — Вернулось к Бареллу былое настроение. — Пойдёт, пусть будет до первой крови. Выиграешь — поможем с этой твоей массовой инициацией, проиграешь — оставайся в городе. Зачем брать с собой того, кто не может подтвердить слова делом.

****

Примерно полчаса спустя бойцы стояли друг напротив друга на тренировочной площадке замка, представлявшей собой квадратный каменный колодец со стороной в пять десятков шагов, с двух сторон обрамлённый крепостной стеной, двумя другими же упиравшийся в сам замок. Под ногами был плотно утоптанный песок. Северянин не стал переодеваться, лишь избавившись от плаща за спиной, Раднер же сменил свою робу на доспехи из варёной кожи с наклёпанными поверх неё коваными полосками из мифрила. Оба бойца были без шлемов, поскольку поединок предстоял не до смерти, а при их наличии он рисковал стать едва ли не бесконечным.

Норд чувствовал каждую мышцу в своём теле. Состояние его было двояким: с одной стороны он был предельно собран и сосредоточен в напряжённом ожидании схватки, с другой же его распирало от переполняющего тело и душу ощущения бодрости и энергии, буквально хлещущей через край. Он списывал этот душевно-телесный подъём на ночные впечатления и кровь орков теперь текущую в жилах.