Так. Верить в то, что уже действительно конец, не хотелось. И я даже не думал, запрещал себе думать о том, что Ольга по метке видит, что со мной не все в порядке.

— Твоя несостоявшаяся, теперь уже ни на одной из развилок возможностей невеста видит по твоей метке, что ты сейчас находишься в апартаментах монсеньора, и дисциплинированное его ждешь. И даже более того. Ты думаешь я просто так стоял и ждал рядом с тобой? Нет, я ждал определенного момента. И я даже тебе могу рассказать, что в ожидании сейчас находится и некий драгунский полковник господин Николаев. А вот он, чтоб ты знал, в отличие от прекрасной и милой леди Ольги очень хорошо представляет, где ты сейчас находишься и в каком положении. Я ждал, будет ли он реагировать на твое пленение. Представляешь, не будет. Никто не придет, — улыбнулся Георгий.

— Почему? — поверив ему сразу и безоговорочно, как не так давно поверила мне Дамьен, почувствовал я холодок по спине.

— Потому что ты, мой дорогой друг, по глупости убил самого Аббадона. Знаешь кто это такой? Вижу, догадываешься. Ты своими кривыми руками прикончил самого повелителя бездны, демона уничтожения. Надо сказать, я не ожидал что у тебя это получится… да и никто, честно говоря, не ожидал. Сюрпризом для всех знающих стало. А уж как сам Аббадон удивился…

Георгий прервался и даже покачал головой. Ну да, похоже я действительно всех удивил.

— Ты носишь в себе слишком опасный слепок души. Поэтому господину Николаеву гораздо проще дождаться, пока я тебя прикончу на алтаре, уничтожив просыпающегося ангела бездны, самого Губителя, а уже после попробовать атаковать Академию, чтобы разобраться со мной. Только вот ничего у него не получится. И нам сегодня с ним и с уже мчащимся сюда из Брюгге царем предстоят сложные переговоры, в ходе которых им, во имя спасения существующей модели мира, придется пожертвовать многим — на фоне чего твоя жертва… пф, пустяк. Еще вопросы есть, или приступим к избавлению нашего мира от самого воплощения вселенского зла?

— Как ты узнал?

— Узнал о чем? — уточнил Георгий, подходя ближе.

Зачем ему об этом переспрашивать, если он все равно эхо мыслей ловит?

— Зачем, спрашиваешь, мне спрашивать? Все просто, и ты сам мог бы до этого дойти в развитии. Если бы не делал глупостей. Затем мне это спрашивать, что сложно оставаться человеком, обладая такой мощью, какой обладаю я. Мне вообще в общении с тобой в принципе слова могут быть не нужны, если уж на то пошло. Я могу вытащить и препарировать твою память, получив все нужные ответы. Но, если я начну забывать, что я человек, и перестану ходить человеческими путями, я совсем скоро превращусь в высшую сущность по типу твоего друга Астерота. Я, видишь ли, вынужден даже сдерживаться в управлении временем и пространством. Специально оставаясь в человеческой песочнице, не поднимаясь выше.