На третий день после введения системы Джилл негодующе ворвалась к Джубалу в кабинет и выложила на стол какие-то бумажки. Леди и прочие особи женского пола (плюс заблудшие особи пола мужского), поставлявшие письма категории Ж, прикладывали обычно снимки со своими (хотя кто их там проверит, чьими именно) изображениями. Некоторые из этих фотошедевров оставляли очень мало простора для догадок и фантазий.

В данном конкретном случае воображению и вообще делать было нечего – зато оно весьма стимулировалось к созданию других, еще более интересных картин.

– Вот, полюбуйтесь, – почти прошипела Джилл. – Ну и что ты на это скажешь?

Джубал пробежал письмо глазами.

– Да, девушка знает, чего она хочет. А что сказал Майк?

– Майк эту гадость не видел. Я сначала тебе хотела показать.

Джубал еще раз взглянул на снимок.

– В молодости мы говорили про таких: «Все на месте». Ну что ж, пол ее, слава богу, сомнений не вызывает, да и высокий жизненный тонус – тоже. Только чего ты мне-то ее показываешь? Я и получше видел.

– Такого случая твои инструкции не предусматривали. Письмо – кошмар, ну а уж картинка – просто омерзительная. Так что, порвать и выкинуть?

– А что было на конверте?

– Ничего, только адрес и обратный адрес.

– И какой же, позвольте вас спросить, это был адрес?

– Чего? Мистеру Валентайну Майклу Смиту, Человеку с…

– Действительно? В таком случае это письмо прислано не тебе.

– Еще бы, какие тут могут быть…

– То-то и оно. Слушай, давай-ка разберемся с этим раз и навсегда. Ты Майку не мамаша и не дуэнья. Ты временно исполняешь роль его секретаря. Если он хочет читать всю эту макулатуру – за ради бога, и никто не вправе ему помешать.

– Ну да, он почти все и читает. Но зачем же ему смотреть на такую похабщину? Он же не от мира сего. Он такой невинный!