Наступило молчание, прерванное в конце концов самим же Джубалом:

– Честный политик – единожды продавшись, дальше не продается.

– Похоже на то, – согласился Какстон.

– Остальные?

Претендентов на петушка на палочке не нашлось. Дуглас только придал устному соглашению аккуратную юридическую форму.

– Ну, значит, так тому и быть, – весело подытожил Джубал. – Теперь Майк эту радость подпишет, и пусть все – особенно вы трое, шкипер, Свен и Стинки, – заверят каждый из экземпляров. Мириам, вытаскивай печать. Кой черт, запустите сюда Бредли, пусть тоже подписывает, – а потом налейте ему. Дюк, сообщи там, что мы съезжаем, потребуй счет. Позвони в «Грейхаунд», пусть присылают свою таратайку. Свен, шкипер, Стинки – мы покидаем этот город, как Лот покинул Содом, – почему бы вам не съездить на природу и не отдохнуть. Кроватей хватает, кухня отличная, забот никаких.

Доктор Махмуд принял приглашение, а женатые попросили перенести его на другой день. Заверяли соглашение довольно долго – Майку очень понравилось писать свою фамилию, каждую букву он вырисовывал тщательно, не торопясь, с поистине артистическим наслаждением. К тому времени, как он кончил работу над последним экземпляром и Мириам последний раз поставила печать, остатки снеди и неоткупоренные бутылки были уже погружены в автобус, а рассыльный гостиницы доставил счет.

Небрежно скользнув взглядом по весьма и весьма солидной сумме, Джубал наискось написал: «К оплате – Дж. Харшоу за В. М. Смита» – и протянул листок Бредли.

– Пусть этим займется ваш шеф.

– Сэр? – недоуменно моргнул старший помощник.

– А, понимаю. Вне всяких сомнений, мистер Дуглас поручит это Главе Протокола. В таких делах я полный профан.

Бредли взял счет.

– Да, – задумчиво сказал он, – тут нужна виза Ла Рю – ему я и передам.

– Благодарю вас, мистер Бредли. За все.

Часть III Его эксцентричное воспитание

Часть III

Его эксцентричное воспитание

22

В некоторой метагалактике, в некоторой галактике, в дальнем закутке, в малом спиральном витке, именно в том, в котором мы живем, не далеко, не близко от звезды, широко известной в узких кругах как «Солнце», взорвалась (по-ученому говоря – «стала новой») некая другая звезда. Она засверкает на небосводе Марса через тройку преисполненную (729) марсианских лет, а на небосводе земном – через тысячу триста семьдесят земных, что, как вы и сами прекрасно понимаете, одно и то же. Старики отметили оную пароксизмальную пертурбацию как полезную для поучения подрастающего поколения, не оставляя, однако, оживленного обсуждения парадоксальных проблем пресловутого поэтического произведения, панорамно портретирующего приснопамятную пульверизацию пятой планеты.