— Ты знаешь о моих целях? — с вызовом спросила я.

— Немного, — признался Каас. — Но очень хотел бы узнать. И показать Кроуниц. Он не ограничивается только пределами академии. Его красоту сложно заметить неопытному путнику или случайному гостю. Чтобы увидеть истинную суть, порой нужно слегка поменять освещение и угол обзора, и твоему зрению откроются совершенно иные, ошеломляющие своими масштабами горизонты.

Я слушала Кааса завороженно, пытаясь понять, что он замышляет. Но наверняка выяснить это можно было только одним путём, поэтому я кивнула, убеждённая его загадочными намёками.

— А можно мне с вами?

Мы одновременно посмотрели на Сирену, вспомнив о её присутствии.

— Не уверен, — сухо отозвался Каас.

— Ладно, ладно! — успокаивающе подняла ладони студентка Эстель. — Посмотрю Кроуниц в другой раз.

* * *

Мы двигались быстро. Протоптанная нами же тропинка звучно хрустела под ногами рыхлым снегом. Ноги горели, легкие с шумом втягивали холодный воздух и выдыхали горячий. Я чувствовала себя капраном, фыркающим под увесистым седоком. Колкие вихри, подхваченные порывами ветра, летели мне в лицо, приятно охлаждая.

Горы как ничто другое тренируют выносливость и силу. Особенно с учётом того, что последние месяцы я регулярно взбиралась по склонам вверх, а потом спускалась вниз. Знакомая дорога извивалась, скалистые камни по обе стороны вспарывали белый зимний покров.

Поначалу это было невыносимо тяжело — подниматься по откосам без капранов. Через несколько метров пути даже дышать разряженным горным воздухом становилось трудно. Но со временем мышцы сделались крепкими, почти каменными, и с каждой новой вылазкой подъём давался всё легче.

Джермонд шёл впереди, задавая темп. Иногда я отставала, и ему приходилось меня ждать. К счастью, в последнее время это случалось редко. Пот катился градом, и под моей плотной курткой на спине сейчас было маленькое озеро. Я смотрела вперёд, на широкую спину своего ментора, и старалась держать дыхание.

Дыхание — это самое важное.

Стоило отвлечься на пейзаж или задуматься о чем-то, оно моментально сбивалось и я начинала задыхаться. Приходилось останавливаться, прежде чем снова пуститься в путь.

Мне нравилось бывать здесь, на природе, вдали от студенческой суеты, научных терминов и заумных лекций. Это напоминало мне о тех временах, когда маленькая беззаботная Юна свободно бегала по пологим холмам Фарелби, не подчиняясь никаким правилам, не считая часов. В эти моменты мысли полностью очищались, уходили мелкие сомнения и переживания, которые порой накатывали в течение дня. И когда мы наконец достигали широкого плато, я ощущала прилив сил, как после кровавого ритуала.