– Ну, найди деньги! Найди! – слезно вопила чертениха, мечась по пещере, заламывая руки. – Они убьют нас! Они нас убьют!

«Это кто-то в избе метался, до Бабы Яги еще…» – сообразила Манька, заметив, что рядом с чертенихой стоит мужчина в странной одежде, нахмурив лоб, озабочено и болезненно уставившись в пространство перед собою. На руке черта-мужчины она заметила чернильные неотмытые пятна, и сразу вспомнила о чернильнице, найденной на чердаке избы. Наверное, их обоих убили… Или подстава, заподозрила она, внимательно присмотревшись к чертенихе. Глаза ее не переставали следить за чертом-писателем, сухие, без слез, да и испуг показался ей театральным.

«Избу продай, – требовала чертениха. – Отдай им, пока деньги предлагают. Домик купим среди людей, деток рожу, не в лесу же им куковать посреди зверей! У той женщины много денег, она много нам даст!» Черт подошел к чертенихе, обнял ее, и она сразу прижалась к нему, уткнувшись в грудь.

«Прошлое избы, тоска ее, боль предательства… Значит, вот как изба попала в полон к Бабе Яге!» – осенило ее. Оба черта растаяли, но боль предательства еще давила на сердце.

– Прости его, он сделал выбор, значит, любил ту женщину и верил ей, – Манька подумала, что если изба видит чертей ее глазами, то, наверное, и слышит. Хотелось ее как-то утешить. – Лучше грустить по тем, кто любит нас. Тебя чужой человек продал, а меня родная мать как котенка на болоте бросила. Если по всем плакать, так можно жизнь в слезах утопить, – и перешла к следующей группе.

– Кому еще нужны деньги? – спросила она строгим голосом.

– А вот мне не деньги нужны, мне любовь нужна! Почему меня никто не любит?! Это моя жизнь так устроена, никому никогда до меня дела нет, – из глаз черта покатились слезы.

– Вали отсюда! Свое бы раздавала, а то чужое… – послал ее черт, который утешал плачущего.

– Откуда у нее деньги?! – презрительно бросил еще один. – Нет же ничего! Навоз и понос… Ишь, обманщица! Кому вы верите?!

– Я не могу взять, у меня совесть заболит! – произнес насмешливо черт невзрачного измученного вида, спрятав руки за спину. – Иди-иди, попрошайка-бесприданница! Кому ты тут глаза собралась намылить?

– Сама никому не нужна, решила нас тут жизни поучить? А мы всем довольны, нам здесь нравится, нас все устраивает!

– Откуда?! Откуда деньги? Своровала? Бабушку Ягу ограбила? Воровка! – набросились на нее.

На какое-то время Манька зависла. И что на это ответить? Ну действительно же ничего у нее нет, и не нужна, и с чего решила, что черти жизнью недовольны?

– Тьфу на вас! – плюнула она. У нее мозги вскипели и в трубочку свернулись, пока она пыталась примерить чертей на избы и людей, чтобы нащупать выгоду Бабы Яги. Пришлось признать, что денег у нее нет, но тогда в воровстве ее зря обвинили.