– Разумеется, – подтвердил Фортуна, – для чего же ещё? После смерти Шивариуса, мне известно доподлинно, что Алый Дракон едва не распался. Слишком многое было завязано на личности лидера. Хвала тебе, старик, что сохранил Орден, если бы сегодня тебя не стало, никто, увы, не принял бы руководство новичка, а зачем тогда, спрашивается, я предавал Геднгейда? Нет, нет, всё это должно стать моим, всё без остатка. А значит, ты должен жить.

– Рад, что мы хорошо понимаем друг друга, – молвил повелитель металлов.

Фортуна запустил пальцы в роскошную шевелюру, провёл их ото лба до затылка, вздохнул.

– Что ты намерен предпринять, Арам?

– Моё решение неизменно. Данзен Прекрасный отправится в Абсалодриум и перехватит там белый черновик.

– А колдун и уродина?

– Пусть их. Я допустил ошибку, посчитав, что они безопасны теперь. Я поплатился за свою ошибку. Пускай бегут.

– А как же возмездие, Арам?

– Не имеет смысла. Прямая выгода всегда в прерогативе. Отступников следовало бы покарать, но положение вещей изменилось.

– Как же?

– Лёжа здесь, я имел несколько частных сеансов связи с другими членами правящего совета. Старые друзья-соратники желали скорейшего выздоровления, а заодно, спрашивали, не пытаюсь ли я узурпировать власть, препятствуя возвращению Второго Учителя?

– А ты пытаешься? – спросил Илиас.

Геноморфы все разом вздрогнули, металл их доспехов потянуло к Араму, плащи едва не разомкнулись от хаотично изменяющихся магнитных полей. Гнев архимага был силён, однако, скоротечен.

– Если бы я знал способ вернуть Второго Учителя к жизни, то не пожалел бы собственной, – сказал он. – Все, к кому я обращался, в один голос твердили о невозможности возрождения. Можно было только ждать. Лишь одна полоумная, вздорная и не вполне здоровая девка продолжала годами требовать того, сама не знала, чего.

– Но другие члены совета теперь не так уверены в её полоумности? – подметил Илиас.

Бритва моргнул.

– Оказалось, что некоторые опрометчиво полагают Эгидиуса доверенным и очень верным последователем нашего всеобщего патрона. Якобы этот индивид положит остаток жизни ради Второго Учителя, а теперь, когда они заедино с дочерью почившего… Члены совета и сами не знают, что это должно значить, но они подозрительны и, подчас, недальновидны.

– Иными словами некоторые из них думают, что колдун и уродина имеют жизнеспособный план по возвращению Шивариуса на этот свет, а ты, злодей, по ясным причинам намерен строить им препоны.

– Верно, – вздохнул Арам Бритва. – Таким образом, догонять и наказывать отступников сейчас было бы весьма несвоевременно.