– А можно мне какого-нибудь Гения? – Глаза охотницы загорелись.

Жар-Куул и Майрон Синда переглянулись неловко.

– Это… затруднительно. Видишь ли, Гении являются, своего рода дарами, которые крепятся к душе. Создавать их могут сущности высшего порядка, – боги, архидемоны. Джассар являлся богоравным, так что…

– Значит, нет, – печально вздохнула Райла.

– А ей действительно пригодился бы Гений, – подала голос Грандье Сезир, – девчоночка-то дохленькая!

– У неё и так есть Гении, – отозвался Хранитель Истории, – своего рода.

– Правда?!

– У всех одарённых есть… своего рода, – признал Майрон. – Хотя и не вполне. К примеру, все маги ощущают ход времени и своё положение в пространстве, не тратя на это магических сил.

– Я никогда особо не чувствовала…

– У тебя другие способности, юница. Полагаю, они сводятся к сильному предчувствию опасности и природной притягательности. А у Майрона Синды также есть Гений Азартной Игры.

– Хм?

– Ты не знал? – почти удивился Жар-Куул. – Большая редкость, могу сказать.

– Я действительно никогда не проигрывал ни в куп, ни в торжок… но в раджамауту…

– Раджамаута не зависит от слепого жребия или удачи. Формально, это не азартная игра.

Эльфка протяжно вздохнула.

– Ты им расскажешь, как стал бессмертным, старик, или подождёшь, пока они умрут от старости?

– Старик? – переспросил Хранитель Истории. – Я моложе тебя на несколько тысячелетий, Грандье. Кхм. И всё же она права, мы отвлеклись. Где я был?

– Эксперименты, – подсказала охотница.

– Да, верно. Отец удостоил меня чести поучаствовать в его проекте. Ваш покорный перенёс несколько массивных экспериментов над собственной сущностью, и последний возымел странный эффект. Я не только не обрёл Дара, но и стал немощным ещё больше. Мой магический потенциал ушёл в минус, и я получил способность подавлять Астрал, создавать энергетический вакуум.

– Как Джассар не убил тебя, когда понял, что сотворил?