Параллельно ройщики старались догнать улетевший номер четыре. Тот ускользнул под покровом тумана, и куда он направился, не знал ни один из преследователей. В итоге зона поисков безнадежно расширилась, и ройские корабли повернули восвояси.

О намерениях ускользнувшего врага оставалось только гадать. Корабль мог входить в группу побольше либо действовать самостоятельно. Не вызывало сомнений одно: информация, которую он собрал, в итоге попадет к другим. Черепа, как любил повторять Рикассо, – сила самоорганизующаяся. То расползаясь, то концентрируясь, они появляются в самых разных местах, как ржавчина на доспехах. Они не имеют ни малейшего подобия централизованного командования. Впрочем, оно им не нужно, ведь черепа не имеют целей помимо хаоса, анархии, перекраивания мира на свой манер. Часть пленных они превращают в себе подобных, остальных насилуют и убивают. Все просто, особой фантазией они не отличаются.

Зато у черепов имеется подобие разведки. Рано или поздно сбежавший корабль встретится с другими и выдаст нынешнее местоположение Роя. Едва черепа услышат, что Рой перебрался так далеко на север, топливное хранилище они разыщут без труда. Ройщики еще не откачали всего топлива и наполнили еще не все танкеры.

– Но это не причина задерживаться и ждать, когда черепа подойдут вплотную, – завершила рассказ Куртана.

– Рой им не истребить при всем желании, верно?

– Да, но сильно навредить нам черепа способны, если застигнут в тот момент, когда половина кораблей еще не закончит дозаправляться. Рисковать не стоит, тем более сейчас есть стимул двигаться, есть цель, помимо просто выживания. Отчасти это твоя заслуга, доктор.

– То телеграфное сообщение вы и без меня перехватили бы.

– Разумеется, и лекарство приготовили бы. Но мы не услышали бы твоей речи в защиту Клинка. Если бы не вы с Мерокой, кто воззвал бы к нашему коллективному сознанию? – Куртана смутилась. – Не факт, что к нему стоило взывать, но… Кто докажет, что не ваш призыв и сдвинул нас с места?

– Мы с Мерокой, увы, не подаем хороший пример того, как искать пути к примирению.

– Я постараюсь вас помирить, а пока… Мы полны веры, доктор. Не исключено, что ты дал Рикассо шанс спастись как политику. И если это получится, моей благодарности не будет предела. Еще я искренне надеюсь и молюсь, чтобы, послушав тебя, мы не совершили величайшей ошибки в жизни.

– В таком случае это станет и моей величайшей ошибкой. – Кильон собрался уходить, но Куртана окликнула его:

– Доктор! Я тут говорила… В общем, сравнила тебя с ходячим мертвецом…