– Мы решим эту проблему, – пообещал Рикассо.

– В смысле у клиношников топливом разживемся? – уточнил Гамбезон. – Так у них самих дела не лучше нашего.

– Согласие от «Тонкопряда хмелевого», – объявил Аграф.

– От «Тонкопряда»? Ты небось флаги перепутал.

– Вряд ли. Хотя есть же поговорка: «Дай ему волю – он сам себя погубит».

Куртана не собиралась останавливаться на полпути.

– Если истратим все топливо по дороге к Клинку, станем легкой добычей для черепов. Уже известно, что они собрались у основания Клинка. Оттуда они не уйдут.

– Мы справимся, – снова пообещал Рикассо.

– Я сверялся с картами, – проговорил Аграф. – Даже при попутном ветре затея опасная. – Он глянул в сторону. – Кстати, «Кистехвостка» согласна.

– Хорошо, – кивнул Рикассо. – Корабль-то влиятельный.

Так и двигалось дело: флаг за флагом, корабль за кораблем. К началу подведения итогов около трех дюжин кораблей поддержали предложение Рикассо, с дюжину – воздержались. Часть известных оппозиционеров высказались против, но ожидаемого раскола не случилось. Некоторые из самых верных союзников Рикассо посчитали помощь Клинку неприемлемой. Кое-кто из вечно недовольных его политикой поддержали новую идею потому, что она сулила битвы с черепами и укрепление морального превосходства Роя над презренными горожанами. Другие, вроде экипажа «Тонкопряда хмелевого», цинично поддержали план как заведомо обреченный на провал, а, следовательно, как вернейший способ дискредитировать Рикассо. В ход шли любые уловки и хитрости.

Однако значительное большинство поддерживало Рикассо, искренне веря, что его предложение дельное. Конкретные этапы плана у многих вызывали серьезные вопросы и опасения. Впрочем, внушительный блок согласных выразил желание и готовность доставить препараты. Кильон чувствовал, что прежде любой результат, помимо единодушного согласия, Рикассо счел бы сокрушительным ударом по своему авторитету. А сейчас он радовался, что еще не утратил лидерских полномочий. Сорвать доставку препаратов оппозиция не смогла: не хватило численности.

Помощники потянулись в гондолу. Кильон задержался на балконе выкурить сигарету. Сборы уже начались: знамена свертывали, двигатели запускали на полную мощность, готовясь к долгому перелету до Клинка. Топлива в обрез, но у хранилища охрану не выставят, его взорвут, чтобы ценный ресурс не достался врагу. Орудия наводили на колонки – бойцам учебная стрельба не помешает. На накопители сбрасывали зажигательные бомбы: сюда Рой не вернется.

За спиной открылась дверь. Кильон почувствовал, что кто-то вышел на балкон, и застыл в ожидании очередной встречи с коммандером Спатой. Может, он явился за синей записной книжкой, решив, что Кильон уже выполнил его приказ? Но, повернув голову, он увидел Мероку. Та переоделась в высотное обмундирование ройщиков, почти утонув в нем: над поднятым меховым воротником торчала лишь макушка.