– Разве на «Переливнице ивовой» не безопаснее? Здесь их заблаговременно оповестят, если мы натолкнемся на границу зоны, что вряд ли будет возможно на «Репейнице».

– Меня тревожат не зоны, – ответил Кильон.

Глава 20

Глава 20

Напасть, вытертая полоска на горизонте, напоминала бледную пену на океанских бурунах. Солнце садилось, его тускнеющее зарево окрасило корпуса кораблей в огненные оттенки бронзы и меди, очертило продольные выступы, направляющие лопасти и стабилизаторы. Начали включать свет – в некоторых гондолах, на мостиках, украшенных флажками, на лестницах и веревочных трапах, соединяющих корабли. Кильон смотрел, как авиаторы движутся за светящимися окнами, перебираются с корабля на корабль, и не замечал ничего необычного, ни малейших признаков кризиса или разлада. Он видел непрерывный упорядоченный процесс, от которого веяло бесстрастным постоянством, – эта общественная формация существовала уже много веков и просуществует еще больше. Тем не менее, наблюдая с балкона, Кильон с новой силой чувствовал эфемерность и уязвимость воздушной флотилии. Сейчас в темнеющем небе врагов не просматривалось, но это не гарантировало, что Рой спокойно долетит до сомнительного убежища Клинка. Каждый корабль был опасно слаб, а вся флотилия не сильнее ее составляющих.

О новых планах Рикассо уже прослышали все ройщики. Ранним утром он собирался свернуть к Напасти и к рассвету пересечь бывшую границу зоны. Так авиаторы получали несколько часов, чтобы определить физические особенности местности и оценить ее тектоморфную стабильность. Решили, что, если зона нестабильна, Рой все равно пересечет пустошь: крюк получится небольшой. Махание флагами не проводили, но открытого недовольства новым решением пока не наблюдалось. Отсутствие откровенных протестов тревожило Кильона сильнее, чем он ждал.

Ничего, скоро он вырвется из основной массы Роя.

Хорошо, что его определили на «Репейницу». Корабль Куртаны возьмет на борт больше инструментов, топлива и оружия, чем обычно, значит урежет количество продовольствия, а следовательно, и численность экипажа. Поэтому Куртане позволили отобрать людей, среди которых не будет ни одной не угодной ей личности.

Работу в лаборатории Рикассо Кильон еще не закончил. Он провел достаточно опытов с концентрированной сывороткой-15 и выяснил, что ее можно подготовить к использованию как антизональное широкого спектра, не имеющее серьезных побочных эффектов. Но подготовить значило не только развести, набрать в шприцы и ввести пациенту. Секрет следовало очистить, смешать с другими реагентами в определенной пропорции, причем на каждом этапе необходима предельная точность дозировки. В ближайшие недели и месяцы, намного позже вероятного прибытия Роя на Клинок, Кильон рассчитывал найти способ массово выпускать сыворотку фармацевтической степени чистоты. Этого этапа он еще не достиг и пока трудился над подготовкой сыворотки – делал шаг за шагом, на каждом из которых малейшая ошибка могла испортить целую партию. Не раз и не два он клял Рикассо, не остановившегося на сыворотке-15, притом что сыворотка-16 была только плацдармом для дальнейших исследований. Конечно, Рикассо надеялся создать нечто значительнее обычных антизональных, но общественная полезность сыворотки-15, дешевой, в перспективе массово производимой альтернативы морфаксу-55, была просто неоценима. Возможно, со временем удастся выжать из боргов больше сыворотки-15, пока же Рою придется довольствоваться тем, что есть.